Адская машина

Взгляды были пристальными, очень внимательными, похотливыми. Бесстыдные глаза лезли под юбку, под купальник. Мысленно мужчины снимали с женщин то немногое, что закрывало интересные места.

И черт знает, что у них на уме, что они там себе воображают, какие мысли и образы рождаются в их насквозь испорченных протухших мозгах, под узкими лбами. Когда опускался вечер и пляж пустел, горцы, похожие на черных тараканов, куда-то расползались, чтобы на следующее утро снова встать дозором на пляже.

Редкие походы в город, на рынок или в магазины заканчивались плохо: бесцеремонными приставаниями аборигенов к одинокой миловидной женщине и похабными предложениями купить любовь за деньги. С отъездом подруги существование Юдиной совсем испортилось, она даже подумывала, не вернуться ли в Москву на недельку пораньше. И вернулась бы, но в Москве Елену Ивановну никто не ждал.

Несмотря на разгар сезона, в санаторном корпусе, где жила Юдина, пустовало множество номеров.

Шаги в коридоре второго этажа, ночной скрип половиц, Юдина воспринимала как скрытую угрозу, как опасность. Казалось, что от этих горцев можно ждать самого худшего, какой-нибудь подлости, низости. Ночами было жарко и душно, но Юдина закрывала балконную дверь, а дверь в коридор запирала на замок и подставляла кресло.

– Да, я смотрю, жизнь тут у вас совсем кислая, – подвел итог Стерн. – Но все можно поправить.

– Вы так думаете?

Может быть, это подарок скупой судьбы, что накануне отъезда встретился этот симпатичный милый человек? – спросила себя Юдина.

И не стала отвечать, потому что уже знала ответ. Потому что все для себя решила.

– Может, пройдемся? – спросил Стерн.

Елена Ивановна посмотрела на него долгим странным взглядом. Сейчас слова были не нужны. Он прочитал в глазах новой знакомой весь сценарий будущего вечера и ночи. Юдина поднялась, побросала вещи в пляжную сумку. Идти пришлось недалеко. До того шашлычника, что торчал возле пляжа.

Сели на плетеные стулья, под тентом. Стерн отошел и вернулся с шашлыками и двумя бутылками самого дорого вина.

Сейчас он, не жалея, тратил деньги, вырученные за часы. Он был уверен, что к утру завтрашнего дня его материальное положение поправится. И с деньгами проблем уже не будет.

Обед, плавно переходящий в ужин, продолжился в номере Юдиной, довольно просторном и по здешним меркам комфортном.