Точка равновесия. Сборник рассказов

У них было много имён: деньги, власть, слава, роскошь… Им приносили пышные жертвоприношения – вырубленные леса и осушенные реки, убитые ради потехи животные, отравленная ядом почва. Люди жадно потребляли ресурсы так, будто завтра не наступит. Будто после них не будет иной жизни.

Ночи напролёт Атум смотрел на мир, который выпустил из рук.

– Я дал им свободу и вот что вышло, – сказал он тишине.

Скрипнули половицы, послышались шаги и лёгкая ладонь легла ему на плечо.

– Ты ещё можешь всё исправить, – прошептала Лура.

Атум заключил её в объятия и шумно выдохнул.

– Нет, Лура, – он провёл рукой по её спутанным рыжим волосам, – я обещал, что не буду вмешиваться.

– Но если они не одумаются…

– Их мир погибнет. Знаю.

Он чувствовал её тёплое дыхание на своей шее, слышал, как гулко и тревожно билось её сердце.

– Пожалуйста, пойдём спать, – попросила она.

***

– Им ещё рано, Атум, – сказала Лура.

Атум, казалось, не слышал её: он не сводил глаз с мира за стеклом.

– Они не доросли до полётов в космос, – убеждала она.

Атум смотрел, как люди создавали первый в их истории космический корабль.

– Это опасно! Ты должен вмешаться. Стереть разработки! – воскликнула Лура, тряся его за плечи.

– Нет, – Атум покачал головой. – Этот юноша, Том. Он толковее остальных. Пусть летит, я хочу поговорить с ним.

***

Это случилось вечером седьмого звёздного дня.

Построенный людьми космический корабль взмыл в воздух. Том был внутри. Он был счастлив и напуган одновременно.

Атум устроился в кресле напротив стеклянного шара и принялся ждать.

Три…

Вот корабль достиг первой космической скорости.

Два…

Вышел на орбиту.

Один…

С размаху врезался в стекло.

Так ломается лёд под ботинком – с резким хрустом. Сеть трещин покрыла шар, мелкое крошево из стекла посыпалось на землю, как первый снег. Людям внутри казалось, что настал конец света.

Корабль пробился сквозь тонкую преграду, спикировал, и, словно осенний лист, медленно опустился у ног демиурга.

Атум взял в руки книгу и перо и написал:

«Том вышел из корабля и стал моего роста».

Едва чернила высохли, воля творца была исполнена: Том стоял перед ним в белом защитном костюме.

Создатель и его творение – друг напротив друга, глаза в глаза.

– Я умер? – робко спросил Том.

– Нет, – ответил Атум. – Ты жив. Можешь снять шлем, здесь безопасно.