Амнистия

Я являюсь автомобилисткой, имею права на управление транспортным средством и берусь твердо утверждать, что виновником аварии является гражданин Локтев, находившийся за рулем машины». Ну что, нравится?

– Не нравится, – честно признался Локтев.

– А теперь сюрприз.

Руденко встал из-за стола, распахнул дверь в коридор и кого-то позвал. Через несколько мгновений порог кабинета переступила та самая женщина, которую Локтев подвозил той злополучной ночью. На этот раз Приходько была одета в строгий серый костюм и белую блузку.

Она уселась за стол напротив Локтева, раскрыла сумочку и, не спрашивая разрешения, закурила. Локтев вжался в стул. Руденко, довольный произведенным эффектом, улыбался.

– Только раз бывает в жизни встреча, – сказал он. – А теперь вопрос для протокола. Вы, гражданка Приходько, узнаете этого человека?

Приходько усмехнулась и стряхнула пепел на пол.

– Узнаю. Этот черт гнутый… Это человек, в машине которого я находилась в тот момент, когда он превысил скорость. Затем сбил пешехода и потом смылся.

Приходько посмотрела на Локтева брезгливо, как на раздавленную лягушку. Затем она глубоко затянулась сигаретой и пустила струйку дыма в лицо Локтева.

– Исчерпывающий ответ, – сказал Руденко.

Он что-то начирикал у себя в бумагах, дал женщине расписаться и, поблагодарив, проводил её до двери. Вернувшись на место, он потянулся до хруста в костях.

– Так-то. Ты думал, что подвозил блядь с Тверской – и ошибся. Думал, что маруха будет молчать – и опять ошибся.

Что ты за человек, все время ошибаешься? Просто ты настоящий неудачник. Классический. Эта женщина – сотрудник милиции. Приехала к нам на летнюю стажировку из Саратова. Она срисовала номер твоей тачки уже, когда в неё садилась. Профессиональная память, дуралей ты этакий.

Руденко рассмеялся так весело, будто сказал что-то очень смешное. Локтев достал из кармана носовой платок.

– Что вы хотите от меня?

– Чтобы ты взял листок бумаги и написал на нем правду.

Руденко встал из-за стола, подошел к Локтеву и положил перед ним тонкую стопку бумаги.

Локтев запустил руку во внутренний карман пиджака, вытащил шариковую ручку и, склонившись над столом, стал нервно покусывать её кончик. Руденко курил, меряя неторопливыми шагами кабинет.

– Что, пьесы выдумывать легче, чем писать правду?

– Я просто не знаю, что писать.

– Тогда слушай и пиши так. Сверху: имя, фамилия, год и место рождения. Посередине страницы: чистосердечное признание.