Черный бумер

Если в моей моче найдут следы этой дряни, я потеряю в жизни все. И уже никогда не верну.

– Курить я еще никого не заставлял, – Иностранец глубоко затянулся и, провоцирую дядю Диму, закатил глаза якобы от удовольствия. – Какой кайф…

И пустил папироску по кругу. Тут девчонка Элвиса обрела дар речи, Ленка повисла у него на плече.

– Ну, не надо дрянь сосать. Пожалуйста. Ради меня.

Элвис плюнул на кончик папиросы, бросил ее на пол и раздавил подметкой.

– Если женщина просит, я подчиняюсь.

– Элвис, лапочка, – Ленка продолжала висеть у него на плече. – А если бы ты не выиграл в карты? Если бы ты проиграл?

– В карты не проигрываю.

– Я сказала «если». Что бы тогда случилось? Я бы сгнила заживо в той помойке, да? Ты бы меня там оставил? Бросил там?

– Все равно бы забрал, – покачал головой Элвис.

– Правда? – Ленкины глаза искрились, то ли от выпитой водки, то ли от большой настоящей любви. – Ты не отдашь меня обратно этим сволочугам?

– Никогда, – Элвис допил кружку, ладонью стер с губ пену, обернулся к буфетчику.

 – Эй, ты чего там уснул что ли?

***

Буфетчик Тоник, усатый мужик в застиранном фартуке, уже мелко семенил к столу. Составив с подноса два графина свежего бочкового пива и блюдо с креветками, он отвесил нечто похожее на реверанс и улыбнулся, ослепив посетителей блеском золотых коронок. Буфетчик знал: когда здесь останавливаются мотоциклисты, можно ждать отличных чаевых или большой драки.

В прошлый раз парни, просто так, не поймешь из-за чего, схлестнулись с водителями большегрузных фур. Дальнобойщики оказались мужиками неслабыми и совсем неробкими, но фортуна оказалась не на их стороне. Кровь с пола пришлось смывать из резиновой кишки, от витрины остались одни воспоминания. Хорошо хоть никого не замочили. Мотоциклисты покрыли все убытки и даже сверху накинули, чтобы без обид. Но сегодня парни грустные, видно, все обойдется без рукоприкладства, без разбитой витрины и кровищи. А чаевые, считай, уже на кармане. Эти парни копейки не считают, они кидаются рваными по чем зря.

Бобрик ждал, когда из забегаловки отчалит Элвис, чтобы увязаться за ним и поговорить в четыре глаза, рассказать о том, какие страхи не дают спокойно спать ночами. Посоветоваться о том, что делать дальше. Но, кажется, Элвиса домкратом не поднять со скамейки, он залип здесь надолго, возможно, до поздней ночи.