Любовь, похожая на смерть

 – Того самого богатея, который до сих пор значится в милицейской картотеке оперативного учета как преступный авторитет. Судимостей на нем нет, но крови, говорят, много.

Девяткин хмыкнул, переваривая неожиданное известие.

– Что ж, это из серии «богатые тоже плачут», – сухо ответил он. – Еще что-нибудь?

– Вот. Подобрал.

Лебедев вытащил из кармана записную книжку, раскрыл ее на середине. К одной из чистых страничек прилепился прямоугольный кусочек бумаги, еще влажный. Старлей нашел мокрую, скатанную в шарик бумажку в нескольких шагах от валявшихся на земле ключей.

Поднял, развернул и положил в записную книжку, чтобы бумага разгладилась и просохла. Теперь на ее светло-желтой поверхности отчетливо проступили фиолетовые буквы и цифры.

Железнодорожный билет на пригородный поезд, следующий от Киевского вокзала до пятой зоны. То есть по билету можно доехать до любой из нескольких станций, удаленных от города на пятьдесят-шестьдесят километров. Куплен вчера в одиннадцать сорок вечера в автомате у Киевского вокзала.

Девяткин подумал, что ключи от машины – просто подарок судьбы. Теперь личность убитой, можно сказать, установлена. Значит, половина расследования позади. А вот железнодорожный билет, скорее всего, к делу отношения не имеет. Бумажку принесло ветром, или кто-то из прохожих выронил из кармана…

– Дай-ка еще раз глянуть, – сказал он Лебедеву. – Так… Билет действителен сутки. Странно… Зачем покупать билет, не использовать его, а бросить в парке на другом конце города? Ты вот что, Саша, отправляйся на Петровку.

Выясни, до каких станций пятой зоны можно доехать по этому билету.

– Еще что-нибудь? – Лебедев подумал, что на тренировку точно не попадет.

– Да. Свяжись с управлением внутренних дел Московской области. И линейным отделом железнодорожной милиции. Поинтересуйся, может, прошлой ночью на одной из станций пятой зоны что-нибудь случилось. Ты понимаешь, о чем я. Поножовщина, грабеж… И еще: может, были происшествия в вагонах ночных электричек.

Оставь отчет у меня на столе и беги на тренировку.

– Когда вас ждать?

– Когда я закончу с дядей Васей диспут о футболе.

Девяткин потер ладони, давая понять Усову, что он готов продолжить спор.

* * *

Лимузин мчался по шоссе со скоростью восемьдесят миль в час. Чернокожий парень, сидевший за рулем, оглянувшись, сказал, что через четверть часа они приедут. Стас кивнул и поднял стекло, отделявшее салон машины от водителя.