Москва 1979

Поиски необходимо проводить в режиме строгой секретности, – это одно из важнейших условий успеха.

Во избежание хоть какой-то утечки информации целесообразно не создавать следственную группу, а поручить дело опытному оперативнику, наделив его самыми широкими правами и полномочиями. Встал вопрос о чекистах, которые могли бы провести такую операцию. Начальник Второго главного управления КГБ СССР генерал-лейтенант Григорий Федорович Григоренко сказал, что в его управлении контрразведки много достойных людей, которые справятся с задачей, – в этом нет сомнения.

Но он хотел бы предложить кандидатуру майора контрразведки Алексея Гончара, за этого человека готов поручиться.

– Почему именно он? – спросил Андропов.

– Гончар – человек еще молодой, – ему только исполнилось сорок два, – но оперативник с большим опытом, – ответил Григорий Федорович. – Он хорошо проявил себя в операции по выявлению двух физиков, завербованных американцами на международной конференции в Стокгольме. Правда, с сегодняшнего дня в отпуске, я сам приказ подписывал, но… Придется ему задержаться.

Разумеется, Гончар получит все, что ему потребуется для дела. Связь, людей, допуск к любым, – самым секретным, – документам.

Андропов ответил, что Гончара он хорошо помнит, по кандидатуре замечаний нет. И еще: информацию по расследованию докладывать ежедневно во второй половине дня. Теперь он хотел бы увидеться с Алексеем Гончаром с глазу на глаз и переговорить.

Глава 2

Утром московскому корреспонденту газеты "Лос-Анджелес таймс" Полу Моррису позвонили из американского посольства и попросили зайти сегодня вечером, якобы на его имя пришла посылка, надо ее срочно забрать.

Пол немного удивился, он не ждал никакой посылки, но вопросы задавать не стал, решив, – кто-то из посольства хочет с ним поговорить, но не по телефону, который слушает КГБ, а с глазу на глаз. Он побродил по квартире, выпил кофе на кухне, надел спортивный пиджак, темно-зеленый в черную клетку, и бежевые брюки.

Это был сорокалетний сухощавый мужчина с каштановыми вьющимися волосами, последние два года он состоял в разводе, одевался элегантно, интересовался живописью и пользовался успехом у женщин.

От проспекта Мира, где находился корреспондентский пункт, до посольства на машине всего полчаса езды. Пол спустился в тесный двор, сел в машину. "Шевроле", цвета голубой металлик, притягивал взгляды всех автомобилистов и прохожих, – американских машин на всю Москву всего десятка три-четыре.