Погоня

 – Кстати, я не первый раз напоминаю об этом: купи себе хотя бы два-три приличных костюма. В этом ты похож на администратора Казанского вокзала. А в моем офисе не держат вокзальных администраторов. В таких тряпках ты никогда не станешь партнером фирмы.

– Костюм фирменный, – вяло возразил Радченко.

– Ну, не знаю… Ткань как-то странно на солнце блестит. Будто лоснится от жира.

– Итальянский костюм. Куплен в бутике за бешенные деньги.

– Бешенные деньги ты тратишь только на свои железки на двух колесах, – проворчал Полозов.

 – Все, теперь иди. И не вздумай огорчить меня.

* * *

Метрдотель распахнул дверь. Радченко и прокурор по надзору Павел Чернов переступили порог светлого ресторанного кабинета. У высокого окна в готическом стиле стоял уже накрытый и сервированный на двоих стол. Едва успели присесть, как из воздуха материализовался официант, высокий, с одухотворенным лицом и длинным завитыми волосами.

В своем черном фраке, сорочке с кружевами на груди и ботинках с лаковым верхом он был похож на рассеянного виолончелиста, потерявшего где-то свой драгоценный инструмент.

Застыв в полупоклоне, он положил перед господами меню в обложке из змеиной кожи и карту вин. На шее официанта был надет красный галстук бабочка, такой яркий, что казалось, что мужчине только что перерезали горло. И кровь сейчас зальет стол.

– Мы ничего менять не будем, – Радченко покачал головой, меню не взял. – Несите, что заказано. С закусками мы сами управимся.

Официант исчез, но вместо него появились два других персонажа во фраках, с красными бабочками и подносами.

Перед гостями поставили высокие стаканы с водой, в которой плавили кубики льда и зеленые дольки лайма. Официант составил с подноса двойные порции жюльенов с шампиньонами, лесными грибами, курицей и ветчиной, запеченные в серебряных кокотницах. На столике в углу открыли бутылку бордо.

Официанты пропали. Радченко расстелил салфетку на коленях и положил в тарелку крабовый салат.

– Все-таки подача у меня ну никак не идет, – Чернов поднял бокал вина.

 – Или слишком высокая. Или сетку задевает. И удар слабоват. Ничего не могу с этим поделать.

Чернов еще не остыл после трудного теннисного матча, где инициатива переходила от него к сопернику. Азарт не выветрился, адреналин играл в крови. Да, победу в этом пятисетовом поединке удалось выцарапать невероятным напряжением сил. Радченко только чудом не взял верх, уступив в последнем сете на своей же подаче.