Прости, мне пора. Роман-путешествие

Наверное, нечто подобное испытывают, когда прыгают с крыши небоскрёба без страховки или когда внезапно обрывается трос у лифта, и он летит вниз по шахте со сто пятидесятого этажа. Удивительное, невероятное чувство свободы с примесью страха, который сжимает спазмом внутренности и растекается приторным холодком в животе. Лоренцо стал моим проводником в мир сакральных откровений и каскада удовольствий. Его страсть была заразительная, всепоглощающая. Он знал о моём теле всё. То, чего раньше не знал никто, даже я сама.

– Открой глаза, – будто откуда-то издалека доносится его голос, – посмотри на меня.

Я лишь сильней зажмуриваюсь.

– Ну же, давай. Хочу видеть твои глаза.

Я подчиняюсь и смотрю на него. В тот же момент в глубине меня что-то начинает расти, расширяться, кровь стучит в висках, дыхания не хватает. Я вцепляюсь в его плечи так сильно, как если бы от этого зависело, останусь я жива или нет. Глубокий спазм. Вскрик. И взорвалось… И накрыло одной волной. И было в этом что-то чертовски замечательное и удивительное: пусть несколько секунд, но прожить единым существом с другим человеком.

А потом, медленно возвращаясь к реальности и растождествляясь с ним, слышать глухие удары его сердца.

***

Мы бредём по сырым извилистым улочкам, среди промерзшего камня и стальной воды. Опускается туман. Он накрывает город словно пуховым одеялом, придавая и без того загадочной Венеции совсем мистическую таинственность. Седой туман обнимает церкви, мосты, колокольни, и им уже не так холодно, как прежде.

Лоренцо иногда останавливается и рассказывает какой-нибудь интересный факт про здания, мимо которых мы проходим, про калле или кампо.

Мой спутник хочет пообедать. Я – остаться одна. Нужно спокойно подумать обо всём, что произошло.

– Ты не можешь пропустить обед, – настаивает итальянец.

«Угу, ну да…, обед я пропустить не могу, а вот заняться сексом с малознакомым мужчиной – это – пожалуйста».

И да, культ еды в Италии безграничен. Если итальянцы не едят, то они думают о еде, или говорят о ней, или готовят её.

– Спасибо, но что-то не хочу есть.

– Идём, тут недалеко есть одно милое местечко, где восхитительно готовят рыбу. Настоящая венецианская кухня.

И почему я не удивлена?

С виду неприметный ресторанчик, затерявшийся среди закоулков сестьере[13 - Sestiere (венец. диалект) – так называют районы в Венеции.] Сан-Поло, внутри до отказа забит людьми. Судя по приветствию седовласого официанта, Лоренцо здесь достаточно хорошо знают.