Прости, мне пора. Роман-путешествие

В дом, который толком даже не знаю, где находится. Внезапно я чувствую, что за мной кто-то наблюдает. Вздрагиваю, оглядываюсь по сторонам и понимаю, что это пустые глазницы масок с витрин провожают меня оценивающим взглядом. Вдруг за углом взметнулась тень мужского плаща…

Я ускоряю шаг, и вот передо мной появляется то самое палаццо с чёрными окнами и белеющими на их фоне готическими ставнями. Его можно принять за одного из городских призраков, если бы не горящая пара окон на третьем этаже. После короткого звонка щёлкает замок.

Медленно поднимаюсь по крутой узкой лестнице, придерживая подол. Тусклый свет еле просачивается сверху. Где-то открывается дверь, и почти сразу в пролёте третьего этажа возникает мужской силуэт. Лоренцо хорош: на фоне белой батистовой рубашки с закатанными рукавами его кожа кажется ещё более смуглой.

Я переступаю порог и откидываю капюшон плаща.

– Buonasera, bellissima[19 - Добрый вечер, прекрасная (ит.).], – шепчет он низким, чуть хриплым голосом, не может скрыть удивление.

– Buonasera, caro[20 - Добрый вечер, дорогой (ит.).], – мягко улыбаюсь я.

Огромная зала подсвечена лампами в виде канделябров. Немногочисленная мебель отбрасывает причудливые тени. Пахнет сырой штукатуркой, воском и уже знакомым чем-то цитрусово-древесным.

Я стою не в силах сказать ни слова: прямо передо мной во всю стену простирается фреска. Приглушённый, как от свечей, свет оживляет сатиров и нимф. Кажется, ещё доля секунды и они разомкнут круг, чтобы увлечь за собой новых гостей.

– Впечатляет, правда?

– Это… Это невероятно.

Как под гипнозом я подхожу к стене, сердце учащённо бьется.

– Лучше смотреть отсюда.

Лоренцо двигает обитый шёлковой тканью стул на середину комнаты. Я покорно сажусь на него, пола плаща раскрывается, обнажая лодыжку. Закинув ногу на ногу и позволив разрезу распахнуться выше середины бедра, я успеваю проследить за взглядом итальянца: от острого носа туфли вверх к ажурной кромке чулка. В ту же секунду в тёмных глазах вспыхивает огонь, будто бы кто-то подул на тлеющие угли.

Можно физически ощутить, как в воздухе начинается движение электрических импульсов. Сталкиваясь, они превращаются во вспышки. Мы молча смотрим друг на друга.

– Шикарные туфли, – восхищённо отмечает он, нарушая слегка затянувшуюся паузу.

– Спасибо. Так вот, значит, где ты работаешь на самом деле, – теперь моё внимание разрывается между изображением на стене и архитектором.