Прости, мне пора. Роман-путешествие

– Нет, никаких, – отрезает он.

Его взгляд скользит по моему каменному лицу.

– Ключ от комнаты. Ключ от входной двери. Завтрак до десяти утра.

– Спасибо.

– Подождите, я провожу Вас до номера.

Не обернувшись, я ставлю свой чемодан на мраморный пол и иду дальше. Паспорт, кстати, служащий гостиницы так и не вернул. Видимо, боялся, что сбегу, не оплатив счёт.

***

Пока я стою под тёплыми струями душа, в голове всплывает разговор, который произошёл незадолго до моей поездки:

– Ты что? Правда едешь в Венецию одна? – спросил Марко, сделав акцент на слове «одна».

– Да. А что такого?

– Ну… это же… хмм… странно…

– Это ещё почему?

– Венеция – город влюблённых! Туда нужно ехать в романтическое путешествие!

Марко – старый терпеливый друг по переписке, с которым я время от времени практиковала итальянский язык. Как и все итальянцы, он был отчаянно сентиментален.

– О, нет. Давай оставим эту тему.

– Ладно. Но будь готова к тому, что венецианцы очень заносчивые. Ко всем относятся с нескрываемым презрением.

– Я просто хочу посмотреть город. Отдохнуть от работы. Я не собираюсь заводить друзей.

***

Несмотря на то, что даже сами итальянцы считают поездку в Венецию в одиночестве чем-то странным, гуляя по лабиринту её улиц, очень быстро понимаешь, что на самом деле это всего лишь условность. Чтобы сполна насладиться мистической красотой этого города, в первый раз лучше приезжать одному. Здесь, как нигде, под кожу проникает будоражащий дух приключений, а по телу разливается трепетное предвкушение любовной интриги.

И Венеция не останется в долгу: она, как опытная куртизанка, будет искушать тебя снова и снова своей необыкновенной способностью к игре и удовольствиям.

Чем больше я брожу по узким спиралям калле[4 - Сalle – на венецианском диалекте означает «улица».], тем более абсурдным мне кажется мнение о том, что Венеция сегодня – это умирающий город, грустный призрак былого великолепия Светлейшей Республики, второй столицы Европы и царицы Адриатики.

Венеция может нравиться или не нравиться, но нельзя отрицать, что у неё есть душа. А значит, она живая. Порочный город, созданный природой и человеческим гением, в котором позволено всё. Когда-то здесь, согласно официальной переписи населения, проживало более одиннадцати тысяч куртизанок. Женщины красили волосы в золотой цвет, увековеченный Тицианом, а вдоль каналов скользили загадочные фигуры в шёлковых плащах с масками вместо лиц. Город никогда не спал.