Заблудившиеся

Он сказал, что верит в возрождение интереса к современной русской литературе, чистой и незамутненной, и тому уже есть добрые знаки. «Какие такие знаки?» – все более раздражаясь, думал Крыленко.

По Сайкину выходило, что некоторые из далеко мыслящих издателей, набравших силу на суррогатном молоке бульварной западной литературы, теперь поворачиваются к русским писателям. Вот издательство «Прометей-Европа», еще недавно проявлявшее интерес исключительно к зарубежным авторам, сегодня готово смело взяться за издание его, Сайкина, прозаических произведений.

С руководством «Прометея» якобы достигнута об этом предварительная договоренность. И это хорошо, такая тенденция обнадеживает.

Не веря своим глазам, Крыленко перечитал абзац и, откинувшись на мягкую спинку кресла, выронил газету из рук и застонал. Посидев минуту неподвижно, он поднял газету. Так и есть, с издательством достигнута предварительная договоренность о публикации прозаических произведений Сайкина. И слово-то выбрал «произведения», ни больше, ни меньше.

Живой классик.

В заключение корреспондент желал Сайкину творческих успехов, а тот обещал оправдать ожидания читателей. Как будто читатели что-то ждали от него.

* * *

Крыленко вскочил с кресла и принялся ходить взад-вперед по кабинету.

Возмущал не только самоуверенный, даже наглый тон газетного материала, прямая речь Сайкина, скрытые и откровенные упреки в адрес издательства «Прометей». Оно-де грело руки на низких вкусах определенной части читателей, навязывало им вместо большой литературы низкопробный суррогат – все это читалось между строк.

А вот теперь издательство – уж совсем непонятно почему – решило повернуться к тем литературным вершинам, которых достиг никому не известный Сайкин.

Какая чушь, какая непроходимая темнота в сочетании с наглой амбицией. Владимир Петрович заскрипел зубами. А он-то сам хорош, сначала принял этого выскочку, самоуверенного болвана, думал, Сайкин солидный бизнесмен с маленькой слабостью к литературе, простительной человеку с большими деньгами.

Прожить жизнь и так ошибаться в людях, нет, это непростительно. И зачем нужно было Сайкину врать корреспонденту, что его рассказы готовы издать в «Прометее»? Безответственная ахинея – и только. Крыленко в их разговоре и словом не обмолвился ни о каком издании, не выписал ни одного векселя. Взял рукопись, чтобы с ней ознакомиться – только и всего.