Светские манеры

Беды и напасти всегда лишь укрепляли ее боевой дух. Она поклялась, что Смиты вернут себе былую славу. Это ее долг перед матерью.

До Альвы донесся шум. На этот раз это был не ветер, а действительно кто-то пришел. Она спустила ноги на пол, отодвинула подальше от себя газету и выпрямила спину. Вернулись Вилли с Ван Аленом, неся в руках колчаны с луками. Ветер растрепал темные волосы Вилли, задрав вверх маленький чубчик; щеки его порозовели на солнце. Голубые глаза щурились, привыкая к комнатному свету.

Уголки его губ были опущены, но Альва видела, что он улыбается чему-то, что сказал Ван Ален.

– …я выиграл у тебя в честной борьбе, приятель, – говорил тот Вилли.

– Тебе виднее, – рассмеялся Вилли.

– Ну-ну, хорохорься, – хмыкнул Ван Ален, поправляя на глазу монокль. – Ты же у нас оптимист.

Альва улыбнулась, вспоминая, как на первых порах она была очарована акцентом Джеймса Ван Алена, пока не поняла, что британское произношение у него деланое.

Да и монокль – фальшивка. Обычная стекляшка. Он год провел в Англии и домой вернулся близоруким британцем. Но она его не осуждала. В отличие от остальных, которые сами манерно имитировали высокий слог английских аристократов. Даже Альва, когда ей это было угодно, играла роль то красавицы-южанки, то, напротив, утонченной светской дамы, пересыпая свою речь французскими словечками.

– Вы, наверно, слышали, что рыбный пикник отменили? – спросил Ван Ален.

Альва показала ему открытку Мэйми.

– Жаль, что вас не будет с нами на пикнике миссис Астор.

– Вас пригласили? – Она бросила открытку на стол, надеясь, что ее фраза прозвучала не слишком грубо, но, увидев, как Вилли выгнул брови, поняла, что ей не очень удалось скрыть зависть. Хорошо хоть Ван Аллен как будто ничего не заметил.

– Пригласили, – подтвердил он. – Родители Эмили начинают оттаивать по отношению ко мне. Если повезет, меня посадят с ними за один стол.

Это будет чудесно.

– Не унывай, дорогая. – Вилли наклонился и чмокнул жену в щеку. – Тебе же не нравятся морские моллюски.

Альва встала, пожалуй, излишне порывисто.

– С вашего позволения, мальчики, – она выдавила из себя улыбку, – я пойду поплаваю в море.

Взбегая по лестнице, чтобы переодеться, она услышала, как Вилли недоуменно произнес:

– Не понимаю, что на нее нашло. Она всегда говорит, что моллюсков не прожуешь.