В тени Холокоста. Дневник Рении

Рассказала курочка

Про свои дела:

«Стоит мне поддаться гневу,

Сразу что-то колет слева,

Что-то ноет, что-то жалит –

Жить мешает!

Вечно головокруженье,

В животе моем – броженье,

В теле – слабость и усталость,

И еще мигрень досталась!

В весе потеряла, в цвете!

Милый доктор, на рассвете

Будит муж, а я сильнее

Злюсь, от ярости синея.

И потею, и не спится.

Излечиться я хочу!»

От симптомов этой птицы

Плохо сделалось врачу:

«Как спасти ее от боли?

Как помочь куриной доле?»

Доктор разрешил вопрос,

Доктор важно произнес:

«Не спасти вам ни пера!

Умирать бы вам пора!»

«Умирать пора? Вот вздор!

Вы не доктор – живодер!

Я здорова! Наяву!

Я и вас переживу!»

7 апреля 1939 г.

Птичья песня –

Как давно это было.

Улетели с тех пор минуты –

На крыльях времени.

Все так же печально… до слез… тяжело на сердце. У меня нет нового пальто, а это старое и изношенное. У меня нет новых туфель, как у всех моих подруг.

И пусть я успокаиваю себя тем, что у меня есть приятные мысли и хорошие мечты о будущем, мне все равно грустно. Весь Пшемысль принарядился, каждый поблескивает издалека своими новыми, особыми туфлями (это видно по подошве и когда слышишь там и тут: «Ух, волдыри!»). У всех торжественные лица, как в праздничные дни. Просто не знаю, почему это праздничное настроение напоминает мне о том времени, когда шли учения на случай бомбежки.

– Господин Штайнер, говорю вам, что за фарс! Они меня сделали каким-то комендантом, сударь.

Я целыми днями бегаю как безголовая курица, сударь. И я даже не знаю, что к чему!

– Да, да. Комедиант на старости лет. Что же еще?

Такие разговоры можно слышать повсюду в городе.

– Дорогой друг, позвольте вам сказать, попахивает войной.

– Угу. Близится конец света… Слышал что-то про бомбы. Но, говорят, что войны не будет, друг мой, что просто они пытаются нападать друг на друга, одни снизу, другие сверху.

– Говорите, не будет войны?! А я думаю, война будет. Вы, друг мой, не знаете, но плакаты развешивают всегда перед войной. Они приходят и уходят, а потом, друг мой, вдруг раз – и начитается война.

С:

– Сирены?! Тревога! Выключите свет! Задерните занавески на окнах! Казя, возьми сковородку и бей по ней, быстро, – вопит комендант.

Н:

– О чем вы говорите, дорогой сосед? Ясно сказано, что в случае тревоги надо стучать по рельсу, – говорит сосед.