Последний сегун

Ничего серьезного от него ожидать не приходится».

Пока Наоскэ Ии предавался размышлениям, Кэйки заговорил. К величайшему удивлению собеседника, начал он с формальных комплиментов:

– Недавно почтенный господин получил пост тайро. Приятно сознавать, что в наши трудные времена необычайная преданность почтенного господина оценена по достоинству. – Несмотря на заключенную в этих словах фальшь, речь Кэйки текла плавно и непринужденно, была безупречно вежливой, а голос – бодрым и веселым, причем в каждой нотке слышалась внутренняя сила.

На сцене он, вне всякого сомнения, стал бы ведущим актером.

Ии был вынужден поклониться, как того требовал этикет, показывая, что якобы тронут этой данью уважения.

Кэйки тем временем продолжал:

– Многие поколения клан Ии находился в особых отношениях с домом Токугава, и у всех нас становится тепло на сердце, когда мы видим, что почтенный господин несет свою службу с тем же радением, что и его великие предки.

Наоскэ расслабился.

Довольная улыбка, которой он ответил Кэйки, выдала его удивительное простодушие.

– Я не заслуживаю той величайшей ответственности, которая так неожиданно упала на мои плечи, но сделаю все от меня зависящее, дабы с честью выполнять свои обязанности. – В душе тайро был поражен изяществом и политической зрелостью приветствия столь юного человека.

Затем Кэйки перешел к главной теме. В голосе его зазвучали ледяные нотки – словно осенним морозцем повеяло.

Упреки его были чрезвычайно логичны и высказаны с такой скоростью, что слушатель даже глазом моргнуть не успел. Кэйки обвинил Наоскэ в неслыханном преступлении – нарушении воли Небесного государя, а также в откровенном нежелании увидеть и признать свою неправоту, о чем яснее ясного говорило то, как был представлен в Киото отчет о подписании торгового соглашения – без соблюдения приличествующего случаю церемониала, словно это какой-нибудь законопроект. О чем только думал князь Ии?

– Можно ли считать подобное отношение почтительным? – задал вопрос Кэйки и сам же ответил: – Думаю, что нет.

Я прав? А?

Некоторое время молодой человек продолжал в том же духе. Он не стал бросаться абстрактными обвинениями – изложил факты и потребовал от собеседника ответа по каждому пункту.

Реакция Наоскэ Ии была довольно странной. Он знай себе повторял, складываясь пополам:

– Прошу прощения. Покорно прошу прощения.