Великое расширение

В первой у руля сидел А Тун, во второй – А Ки. В одной разместилось четверо человек, в следующей пятеро. И все они валились друг на дружку, когда лодка делала резкий поворот. Одиннадцать лиц. А еще Хиа, Па, Сор Хун и Сыок Мэй. Итого пятнадцать. И все они ожидающе смотрели на А Бооня. В горле у него набухал комок.

Он развернулся лицом к морю, прищурился и сосредоточился. Но чувствовал лишь пустоту. Острова исчезли. Он медленно цепенел от ужаса, силился представить белые утесы, плоские, в ложбинах, луга. Но ничего.

А Боонь старался довольно долго – закрыв глаза, сдерживая скапливающиеся под веками слезы. Он уже представлял презрение Хиа, недовольство Сыок Мэй, как все пятнадцать смотрят на его тощую спину. Их недоверие, подобное полуденному солнцу, обжигало шею. Ему казалось, будто Сыок Мэй укоризненно толкает его в бок, и он корил себя за то, что уговорил Па взять ее с собой. Мальчик представлял, как они возвращаются ни с чем на берег, слышал, как они, ухмыляясь, рассказывают всем, что все это выдумки.

И тут лодка повернула. Вот и все, промелькнуло в голове у А Бооня, Па не выдержал. Они возвращаются обратно. А Боонь приготовился к взбучке, к позору. На Сыок Мэй он не смотрел.

Однако Па не развернул лодку. Они лишь поменяли курс. Что Па придумал? Через пять минут лодка снова повернула. Еще пять минут ходу – и еще один плавный поворот. А Боонь тайком взглянул на Па, но тот, казалось, был полностью поглощен морем.

А Боонь в растерянности смотрел на Па. Лица людей в лодках изменились.

Сыок Мэй восхищенно выпрямилась, Сор Хун и А Тун издали возгласы удивления. Невероятно. Он обернулся и посмотрел туда, куда направлялась лодка. Вот он – извилистый берег, окутанный темной зеленью, высокие белые утесы, острые и величественные в лучах солнца. Этот остров они обнаружили первым и назвали его Бату, потому что утесы здесь напоминали знаменитые известняковые пещеры на севере. Отец и сын успели дать имя каждому из островов.

Па кивнул А Бооню, словно говоря: видишь, что произошло? А Боонь видел.

Сегодня на остров их привел не он, а Па. Даже если кто-то еще и заметил, они вряд ли поняли важность этого. Они не знают, что острова – зыбкие миражи, которые появляются и исчезают, когда ты того хочешь. Да и откуда им знать? Ведь вот он, остров, сухой и прочный, как их собственные тела. Им же неизвестно, что до сегодняшнего дня найти их было под силу только А Бооню.

А Боонь перегнулся через борт и опустил в море разгоряченные ладони.