Бьеркезундская легенда

Настроение у Вальки, конечно, было не очень, но он старался не подавать вида и успокаивал мать.

– Мама, война скоро закончится, наши войска уже освободили Ленинград и скоро разобьют немцев. Все будет хорошо, я обязательно вернусь.

Арон Львович не обманул. Он долго ждал приема военкома и, оказавшись в его кабинете, был принят вполне учтиво. Он прямо попросил сделать все возможное, чтобы дать отсрочку Валентину Горячеву. Хотя бы на полгода, для того чтобы дать ему окончить первый курс консерватории. Тем более что ходят слухи о готовящемся указе, который приостановит призыв студентов.

А здесь особый случай – мальчик очень одаренный. Отец погиб под Ленинградом, он единственная опора матери и маленькой сестры.

Внимательно выслушав, седой подполковник сказал:

– Освободить от призыва или дать отсрочку я не могу. Единственное, чем могу помочь, – это направить мальчика по запросу в учебный отряд ВМФ в школу гидроакустиков. Всего одна разнарядка. Его как музыканта с хорошим слухом есть основание туда направить.

Будет служить на флоте, там потери значительно меньше, тем более сейчас, когда погнали немцев. А когда выйдет приказ по студентам, его сразу демобилизуют и он вернется в консерваторию.

Вернувшись от военкома, Арон Львович все рассказал Ольге Васильевне и постарался как мог ее успокоить и убедить, что уже совсем скоро Валька вернется. На проводах у военкомата было много заплаканных женщин. Ольга Васильевна с Катей провожали Валентина. Стриженный наголо, в большой шинели и кирзовых сапогах, он выглядел несуразно.

С трудом протискиваясь между прощавшихся, Гули тихо подошла к ним. Валентин просветлел.

– Мама, смотри, кто пришел!

Смахнув слезу, Ольга Васильевна пропустила девушку. Гули была очень взволнована. Она стеснялась, но вдруг, крепко обняв его, прошептала:

– Вернись, пожалуйста, я тебя очень люблю. Я буду очень ждать тебя. Валька вдруг ощутил неведомый ураган чувств, который скрывается в этой маленькой узбекской девушке.

Прозвучала команда «по машинам!».

Он поцеловал ее несколько раз и, попрощавшись с мамой и сестрой, запрыгнул в машину. В кузове на деревянных скамьях рассаживались такие же, как он, восемнадцатилетние лысые мальчишки в кирзовых сапогах. Для многих из них это была дорога в один конец…

Морской охотник МО-105

Сколько надежд дарило возвращение в Ленинград. В группе таких же, как и он, стриженных наголо новобранцев-призывников, в вагоне с деревянными нарами. Скорее увидеть любимый город.