Автоматная баллада

«Эх, – подумал следопыт, – не видела ты, как тогда, четыре года назад, мы с соседями драться собирались». Всерьез, чуть ли не как в войну: даже мобилизацию объявили и провести попытались. И, самое удивительное, кое-какое войско набрали – благо затевалось все осенью, и немало народу из городских с перепугу посчитало, что на войне могут и не убить, а вот если разбегаться в разные стороны, то зимнее зверье сожрет почти наверняка. Плюс некоторые ближайшие деревни – из тех, куда «на вербовку» можно было прокатиться на бронетехнике, заодно напомнив тамошним, кто есть власть и почему ее лучше слушаться.

ЧЕРНЫЙ ОХОТНИК

Шелк был повсюду. Потолок, обивка стен, тяжелые двойные занавеси… ну и, само собой, мебель, которой, впрочем, было не столь уж много – диван, два кресла и чайный столик. Плюс сами хозяева: причем если оккупировавший диван толстяк ограничился легким, весьма домашнего вида халатом, то стоявший у окна мужчина с лицом хронического язвенника соорудил нечто замысловатое, классифицированное Швейцарцем – после нескольких попыток вспомнить более подходящий аналог – как бело-серо-красно-голубоватая помесь кимоно с брюссельской капустой.

«Странно, что на полу они десяток рулонов не раскатали, – насмешливо подумал Швейцарец, – ограничились коврами – монгольскими, судя по узорам и расцветке. Черт, ну зачем, куда… и откуда? Север Китая в первые послевоенные годы был неплохо подчищен армейскими еще мародерами, а забираться глубоко на юг… полюбоваться, как „темнеет море над Шанхаем“?»

Он ждал, а те «важные люди», так срочно желавшие видеть его «по важному делу», также не торопились пока начинать разговор.

– Ты, значит, и есть знаменитый Черный Охотник? – нарушил тишину язвенник у окна.

– Это вопрос? – Швейцарец воспользовался тоном, который, в зависимости от настроения, относил то к категории «особо равнодушный», то к «сейчас усну».

Судя по промелькнувшей в глазках толстяка искорке, по крайней мере, этот иерарх сумел расшифровать оставшееся невысказанным продолжение: ну а кем я еще могу быть?

А вот второй вроде бы не сумел.

– Что-то не больно ты похож на свою страшненькую славу.

«Зато ты похож на попугая и ведешь себя вполне соответственно», – подумал стрелок.

– Мне уйти?

– Вовсе нет, – толстяк наконец решил поучаствовать в разговоре. – Шио шутит.