Кукловод

Он вышел из здания управления внутренних дел, остановил такси. Сейчас он поедет на работу, заберет со служебной стоянки "Лексус", затем к Марине. Надо объясниться сегодня же. Теперь тянуть нельзя.

* * *

В фирме с музыкальным названием "Орфей" Игорь Акимов занимал ничем не примечательную должность, что-то вроде завхоза. На самом деле он был далеко не последним человеком, круг обязанностей имел весьма широкий. Генеральный директор фирмы Яков Семенович Гецман доверял Акимову порой весьма щекотливые и ответственные дела, порой, дела рискованные.

Но случилось так, что подчиненный здорово подвел своего начальника. Служебный автомобиль, за рулем которого находился пьяный Акимов, попал в серьезную аварию. Дорожное происшествие – дело житейское, с кем не случается. Тем более есть смягчающие вину Акимова обстоятельства. Возвращаться со свадьбы друга трезвым – это уже из области фантастики или идиотизма.

И не то плохо, что служебная "Волга" пошла на списание. Если разобраться, пяти-годовалую рухлядь и жалеть не стоит, она свое уже отбегала.

Вина Акимова лежала в иной плоскости. Он, опытный водитель, стал виновником происшествия, результаты которого не спишешь на лопнувшую покрышку и скользкую дорогу. Два пассажира, сидевших сзади, оказались в больнице. Список костей, которые они наломали, получается очень длинный: голень, два бедра, ключицы, предплечье…

Сидевший на переднем сидении рядом с Акимовым Сергей Федотов не сломал ничего или почти ничего. Так, какую-то ерунду в основании позвоночника.

И тем не менее именно ему повезло меньше всех. Федотов чуть было не сыграл в ящик. Пять дней реанимации. А теперь койка, корсет, недвижимость, первые пролежни, которые начинают проявляться медленно, как синяки на побитом теле, и попахивать. Из ближайших перспектив – кресло-каталка. А там, может, и на костыли встанет.

Акимов оказался трезвее своих товарищей. Именно он успел открыть дверцу летевший под откос машины и вывалиться из нее в темноту ночи. И травмы совершенно пустячные. Получил их, когда ударился грудью о баранку: трещины в четвертом и пятом правых ребрах.

Даже стыдно за такие царапины.

* * *

Последний разговор с начальством на неприятную тему происходил на враждебной территории – в шикарном кабинете Гецмана. Акимов сотню раз пересказавший историю той аварии разным людям не старался выгородить себя, представить все в выгодном свете.

Он сделал самое правильное из того, что мог сделать. В сто первый раз он рассказал правду.