Атлант поверженный

– Опять начинается, – ошарашенно сказала Лия, настолько побледнев от страха, что казалось, будто ее выбросили из самолета без парашюта прямиком над комнатой с мышами и пауками.

– Ты уверена? – застыл в ужасе парень, повернувшись к ней и обхватив ее плечи руками. – Может, это просто от гула? У меня тоже уже в висках стреляет.

– Конечно, я не уверена! – занервничала Лия. – Но боль очень похожая на те два случая. Оба раза я не придала ей никакого значения и чуть не умерла, списав все на похмелье или уныние от общения с Богданом.

– Тоже не знаю, как это назвать, – растерянно начал парень, но тут же нашелся: – У меня как раз недавно была какая-то паника из-за сходящихся со всех сторон стен. Ужас… Хотя ничего не должно было произойти, мы же не перемещались – не теряли расстояние. Но казалось, что три измерения схлопываются в ноль, и это было ужасно, не хватало чего-то важного, чтобы это остановить.

– Именно поэтому в неподвижности мне ничего не может угрожать, – вспылила девушка уже со вспотевшим от страха лбом и намокшими от пота волосами. – Может, это просто самовнушение, психосоматика?

– Ну да, конечно, врачи с тобой бы не согласились.

– Да уж, не согласились бы. Но все это выглядит полнейшим безумием! Как во мне что-то может развиваться, если пространство не двигается? Все замерло на одном месте! Все три измерения.

– Подумаем об этом позже. – Платон попытался взять себя в руки и стать рассудительным взрослым мужчиной. – Сейчас у нас есть возможно среагировать на этот приступ заранее и нам нельзя этот шанс упускать.

– Ну да, сказать проще, чем сделать, – протянула Лия, оглянувшись по сторонам.

Их окружали двадцать квадратных метров кривой, грязно-синей подземной комнаты. Стальная решетка сокращала жизненное пространство молодых людей до безумно малых в сложившейся ситуации величин.

– А может, мне побегать по камере? – спросила девушка.

– Да ну, в прошлые разы потребовалось несколько сотен метров, а тут от силы всего четыре, – ответил парень. – Придется бегать, как хомяку в колесе.

– Все лучше, чем просто сидеть и ждать смерти.

– А может, позовем этого полицейского? – предложил Платон.

– Не знаю, на что ты рассчитываешь, но у меня абсолютное недоверие к этим органам. Да и ты теперь увидел их с истинной стороны.