Сын Нила

Мало того что врачеватель свалил на неё всю сопутствующую работу – и протирать тело принца от пота, и обновлять защитные знаки, и смазывать волосы благовониями, так ещё и сам Аменхотеп её явно ненавидел.

– Это всё из-за тебя! Если бы тебя не было, всё было бы нормально… Всё из-за тебя!

Однако он хотя бы не бросался на неё с кулаками, как на других, хотя и лицо делал на редкость противное. А стоило Нефертити удалиться отдохнуть, как принц тут же начинал голосить и звать её.

– Я сказал тебе не уходить! Не смей бросать меня, слышишь?!

А на корабле тем временем поползли разговоры о том, что боги лишают разума и второго принца.

Нефертити слышала их и в тайне очень боялась, что это окажется правдой. Тутмос был хорошим человеком, но будучи маленьким ребёнком в теле взрослого, он не мог править Египтом. Его сестра и жена не справлялась с супругом, это Нефертити заметила ещё при подготовке к плаванию. Значит вариант был только один – Аменхотеп. Ведь все остальные законные дети Фараона – девочки. Царица бывало правила страной, та же Тия была известна своей политической деятельностью, но всё же в паре с фараоном.

А если Аменхотеп тоже лишиться рассудка, что тогда? Что будет со страной? Конечно остаётся господин Эйе, двоюродный брат фараона, носящий в себе кровь богов, но что будет, если после этой поездки, где обе воспитанницы господина крутились сначала рядом с Тутмосом, а после и рядом с Аменхотепом, фараон лишиться второго из сыновей?

Нефертити вспомнила юного мальчика на руках Царицы Тии.

Нет, даже случись что-то с Аменхотепом, у Египта есть шанс. Косей, настолько юный, что в его честь не было устроено ещё не одного праздника… Но он существовал и был настоящей надеждой Египта. Да и саму Нефертити нельзя сбрасывать со счетов. В конце концов она тоже настоящая принцесса, пусть даже об этом никто не знает. И уж точно будет лучшим правителем, чем взбалмошный второй принц!

Девочка так обрадовалась этой мысли, что даже на очередную "каторгу" к Аменхотепу шла с улыбкой и таким довольным лицом, что даже болезный принц обратил на это внимание.

– Случилось что-то хорошее?

– Нет, ваше высочество. Я просто подумала, что Египет всё-таки будет в хороших руках.

– Ты не врёшь, странно…

Последние слова принц практически прошипел каким-то надтреснутым сиплым голосом. Его тон был серьёзный и немного удивлённый, как будто принц действительно видел правду, как реальный предмет, что сорвался с её губ.

– Нефертити.