Мехасфера: Ковчег

В их не то чтобы очень насыщенном расписании эти боевые игры были единственным спортивным мероприятием, если не считать охоту и защиту от каннибалов. Но стычки, где либо убьешь ты, либо убьют тебя, вряд ли можно назвать спортом. А в битле все безопасно.

Начался следующий раунд. Потом еще один и еще… Единожды проигравшие всеми силами пытались реабилитироваться. У кого-то это получалось, и он попадал в полуфинал, но большинство бесславно вылетало после двух подряд поражений. Лима скучала, Инка задумчиво смотрел вдаль, туда, где позади ярко-красных борцов мягким светом луны освещались кромки деревьев.

За пределами хозблока бывшего космодрома Плесецк раскинулся высокий сосновый лес, по большей части уже мертвый. Сложно было найти хотя бы одно пережившее кислотный дождь дерево, но обугленные от радиации стволы продолжали торчать из земли и даже шуршали ветками, когда дул особенно сильный ветер, то есть почти всегда. Возможно, радиация как раз и позволила лесному массиву сохраниться намного дольше положенного, иначе бы он рассыпался в труху, а вместе с ним исчезла бы единственная значительная преграда между инками и зоной обитания каннибалов. Густой лес мешал увидеть ловушки, которые жители космодрома приготовили для названных гостей, и не давал разглядеть их поселение издалека. Хорошо, что он есть. Вот о чем думал Инка, пока его малочисленный народ веселился. Он вновь окунулся в пыл боя, когда сидящая рядом Лима случайно толкнула его локтем. Она нервничала второй раз за ночь, потому как во второй раз за ночь на импровизированный ринг вышел Пуно. Против него поставили проигравшего один бой соперника, и тот всеми силами пытался использовать второй шанс – накрыл бедного парня лавиной ударов по рукам и ногам, без разбора, лишь бы сломить его сопротивление и попасть ему в корпус. Кулаки Лимы сжались, каждый удар отдавался в ее сердце, хотя она и не считала себя влюбленной. Она даже не задумывалась, нравится ей Пуно или нет. Просто интуитивно отвечала на его чувства. На настоящие чувства, а не на жажду власти, как в случае с Куско. Пуно связал себя с Лимой на каком-то духовном плане, где живет все волшебство этого мира, где спрятано то, ради чего мы рождаемся и умираем, но девушка пока не знала об этом. Пока что Пуно был для нее просто приятным парнем, за которого почему-то болит душа. Не потому, что он очень хороший, а потому что Лима хорошая. Она думала, что подпитывает все самое светлое в себе, когда болеет за этого парня. Не ради него, а ради себя.