Троица

Он разглядывал каждый сантиметр получившейся фотографии – красные фонарики, деревянные столбики, пустые столы, открытую сумку, маленький сверток. При максимальном приближении никак не удавалось понять, что в нем лежит. Поисковик тоже не справлялся с задачей, предлагая миллион вариантов. Но форма коробки, которую огибал замутненный пакет, была несвойственна аптечным товарам, по крайней мере способным вызвать неловкость, а ведь именно этого избегала девушка. Слава сделал выбор в пользу некоего подозрительного вещества из служебного сейфа анестезиолога.

Сразу же мысленно добавил, что оно должно вызывать сильную зависимость, и выделил на фотографии пойманное неестественное выражение лица парня как доказательство этого пагубного влияния. Соединил несколько других фактов и придумал концовку. В голове все выглядело красиво, даже тянуло на годовую премию, но открытый на экране текстовый документ оставался пустым.

Время неумолимо бежало вперед, ослабляя внимание и забирая все больше сил.

Он выключил музыку, чтобы не насиловать уставшую голову и сберечь хоть какие-то оставшиеся ресурсы, достал из ящика в стене банку холодного кофе и, подойдя к затуманенному окну, сделал несколько смачных глотков. Убрал мутный эффект, защищавший по ночам от прямого яркого света, и в одно мгновение озарился разноцветным сиянием улиц и соседних домов. Высокие здания жилого района слепили огнями вывесок, белоснежные автодороги уходили вдаль многочисленными артериями, будто на огромном снимке человеческого тела с контрастом. Серая одежда парня и его бледное лицо покрылись отблесками синей рекламы, красных надписей на афишах и даже зеленым мерцанием одной далекой трансляции футбольного матча. Стены темной комнаты позади него стали похожи на глубокий аквариум внутри циркового круга, в толщу которого проникал беспорядочный яркий свет, оседая на дно разноцветными бликами. Город отбрасывал ночь далеко от своих владений.

В соседней комнате еще громыхали звуки концерта, разносились по стенам тупым гулким эхом.

Не обращая на это внимания, парень начал собирать воедино слова долгожданной статьи, едва успевая диктовать их под запись текстового редактора. В промежутках между фразами он несколькими глотками допил остатки кофе, продолжая стоять возле окна, любуясь красотами ночного города, такими ровными, аккуратными и логичными, образовавшими идеальный новый порядок посреди бывшего хаоса мироздания.