Ворчание из могилы

], а заканчивала службу в Филадельфии, где я встретила Роберта: мы работали в одном подразделении.

Однажды Роберт потратил несколько часов на поиски каких-то заметок для антологии. Пытаясь ему помочь, я поняла, что его папки нужно систематизировать. И тогда я начала выстраивать систему, которой пользуюсь по сей день. Так я оказалась вовлечена в литературный процесс.

К тому времени, когда Роберт почувствовал себя выше головы загруженным делами (переписка с агентами, ведение учёта, ответы на письма поклонников и прочая рутина – неизбежные спутники литератора), я уже чувствовала себя достаточно хорошо знакомой с его делами, поэтому смогла принять на себя эти заботы.

Мы работали как одна команда, вместе обсуждали поступающие предложения, и я отвечала за него на письма.

После того как была запущена подростковая серия, множество книг было продано, прежде всего, в библиотеки. И тогда Роберт стал любимцем библиотекарей. Его то и дело приглашали выступить с речью, а ежегодно, к выходу очередной книги для юношества, он делал специальную программу на радио.

Но он по-прежнему очень хотел заниматься серьёзной литературой для взрослых, а не для специализированного рынка научной фантастики. Так, в 1960-м, он закончил писать «Чужак в стране чужой». Эта книга стала самым известным его произведением. Вчерашние мальчишки, зачитывавшиеся его подростковыми романами, продолжали интересоваться научной фантастикой, которую Роберт сделал столь популярной. Поэтому он намеревался писать для них «взрослые» романы.

В течение нескольких лет он регулярно писал две книги в год, одну для взрослых и одну для подростков. Кроме того, он постоянно получал заказы на разные статьи. Многие предложения приходилось отклонять из-за отсутствия времени.

В промежутках между книгами мы много путешествовали. Четыре раза мы объехали вокруг света, проводили время в Европе. Одной из самых интересных (но единственной) была поездка в Советский Союз. В 1960-м мы посмотрели парад Первого мая, затем вылетели в Казахстан.

Вскоре после нашего прибытия в Алма-Ату пришло сообщение об инциденте с «У-2». Обстановка стала более чем прохладной, но деваться было некуда, поэтому мы продолжили поездку, отправившись в Самарканд, который был истинной причиной нашей поездки в СССР. Мы были в Вильно незадолго до встречи на высшем уровне Хрущёва и президента Эйзенхауэра. В этот день Советский Союз запустил ракету, и тогда мы не были уверены, что она была беспилотной.