В поисках императора

– Ради всего святого, да кто вам такое сказал?! Государь император по-прежнему у власти и не нуждается в ничьей помощи! Кто распустил эти слухи?

Но немолодой уже сапожник продолжал настаивать на своем. Не такой он дурак, чтобы не понять, что в Тобольске что-то неладно. Он умолял полковника принять его в свой полк и повести в бой, а воевать он умеет, он еще по молодости с турками воевал, а потом ранен был на японской…

Князю пришлось призвать на помощь весь свой дар убеждения, чтобы успокоить странного визитера.

Он рассказал ему о своей последней поездке в Царское Село, об акварелях великой княжны Анастасии, о возможной свадьбе княжны Марии, о великом милосердии царицы, которая пожертвовала свои драгоценности иконе Владимирской Божьей Матери, чудотворной иконе, которая когда-то остановила полчища Та мерлана и принесла победу России.

– А наследник? Наследник что же? – допрашивал увлекшийся Борис.

Когда старший адъютант явился, чтобы поставить подпись на очередной приказ, он увидел, что князь Ипсиланти и сапожник сидят рядом и курят сигары.

Князь продолжал рассказывать о царской семье, будто бы только что оставил дворец. Он говорил с Черняевым как со старым другом, сетовал на то, что его величество слишком суров со старшими дочерями, Ольгой и Татьяной, а царица чрезмерно балует Алексея – наследник престола не должен быть изнеженным…

Договорились они на том, что, как только полк прибудет в Петроград, князь пошлет телеграмму в Вахитино и вызовет Бориса к себе.

– Не удивляйтесь, майор, эти люди и есть наша великая империя, – сказал полковник после своему старшему адъютанту, изумленному такой снисходительностью обычно столь сдержанного князя.

Борис вернулся домой совершенно успокоенным и разрешил дочерям пойти посмотреть на солдат, покидающих город, продолжая думать об Ольге и Татьяне, о том, как им, бедняжкам, несладко при таких притеснениях в свои двадцать лет.

– Царь, он тоже понимать должен, молодежь – она молодежь и есть, – приговаривал он, вколачивая гвозди в сапоги Гришки-татарина, мясника.

Преображенский полк выступил маршем на Тобольск в последнее воскресенье февраля.

В Вахитино месяц шел за месяцем без всяких известий, а Борис томился от ожидания и грустнел. Его жена заметила, что каждый день после ужина он стал уходить в мастерскую, откуда слышался стук молотка и его бормотанье.