Молодой

Велико же было его удивление, когда в результате этого визита в приписном свидетельстве его появился невзрачный штампик с такой отметкой: «По директиве Б. Н. Ельцина от 2 июня 1991 года воинскому учёту и прохождению военной службы на территории Российской Федерации не подлежит». «Получишь российское гражданство – приходи» – улыбнулся ему военком, на что Рома только печально вздохнул. Он был всерьёз расстроен и опечален данным обстоятельством: «Как же так?». Это событие, естественно, не осталась незамеченным однокурсниками.

После этого Рома стал объектом и чёрной и белой, и серой, в зависимости от ауры обладателя, зависти. «Блин, везёт же людям!» – присвистывали многие будущие защитники Родины. – «Теперь в армию не пойдёшь! Реально круто ты закосил. Дорого обошлось?» – интересовались доброжелатели. «Даром» – цедил сквозь зубы в ответ Рома.

Начались занятия в институте – первые лекции. На первых порах юношу переполняло чувство гордости. «Я – студент российского института! Петербургского института.

Это круто!» – неустанно мысленно твердил новоиспечённый студент, гулко шагая по коридорам университета. «Закончу обучение, стану инженером, устроюсь на завод, женюсь…» – так он мечтал. Когда первая эйфория отхлынула, начались размеренные студенческие серые будни…

Деньги приходилось добывать с первых же дней учёбы, причём – исключительно честным путём. Поначалу. Ну, или относительно честным. Кстати, первый «бизнес» он сделал именно на картошке. По совету более опытных «коммерсантов» – старшекурсников, на заработки Рома со товарищи отправились на автобусе в Кингисепп.

Целью поездки была реализация населению дешёвого картофеля, наворованного с колхозного поля. За наличный расчёт, разумеется.

Выйдя из автобуса, студенты разбились на пары и направились к ближайшему от остановки многоэтажному дому. Спину каждого из них отягощал огромный рюкзак, наполненный отборной картошкой. Идти было тяжело, так как масса бесценного груза в среднем составляла сорок килограммов на брата.

Напарником Ромы оказался маленький еврей Масик, который с большим трудом влачил свою ношу далеко позади, согнувшись в три погибели. Роману периодически приходилось останавливаться, чтобы его подождать.

«Немного уже осталось, потерпи. Почти пришли – пытался подбодрить Рома компаньона – Донесёшь сам рюкзак? Тебе помочь? – оглядывался он на Масика каждый раз.

Масик, тяжело сопя внушительным носом, красный от натуги, отрицательно качал головой.