Камень: Ленинград 41-го

Дети зашли внутрь разрушенной квартиры, где стояли, словно на обрыве: до первого этажа тянулась бледно-красная горка кирпичей, верх которой прилегал к кусочку поверхности, где теснились дети.

– Пойдем, спустимся вниз, – прогремел Ванька. – А то замерзнем в миг.

Чуть пройдя вперед, Ваня протянул руку сестре. Лиза одобрительно кивнула и дрожащими ногами начала спускаться.

Они осторожно спускались на первый этаж. Лежащие под ногами припорошенные снегом остатки стен расходились под ногами и скатывались.

Ноги скользили. Особенно трудно было не пораниться и не покатиться кубарем. Показался торчащий из-под снега изогнутый кувшин самовара с поддоном, заснеженные ножки которого давали отблеск света на фоне заснеженной горки. Поддувал ветер.

А когда они спустились, на мгновенье наступила тишина. И вот рядом с домом кто-то неразборчиво закричал. В ответ: «Сюда, товарищи! Сюда!»

– Анна Ивановна с Лиговского, – кто-то воскликнул.

– Погоди, Лиза, я посмотрю, – сказал Ванька и, выйдя на улицу, осторожно высунул голову поверх лежащей рядом с домом горы мусора.

Ваня увидел множество осколков стен, рассыпанных по улице. Прямо перед ним лежал человек, укутанный в пальто. Рядом с ним лежали перевернутые скорченные санки, а неподалеку у упавшей стены столпилась небольшая кучка людей. Женщину, которую они водрузили на носилки, сильно кричала: «Сынок, Сынок! Отпустите!»

Когда люди начали удаляться, взору Ваньки открылся мальчик, лежащий на багровом участке снега. Сидя на корточках, Ваня вздрогнул.

Его руки резко подались назад, и он присел. Ведь перед ним был, возможно, мертвый человек…

Вдруг левой рукой на поверхности он нащупал что-то холодное и твердое и сжал кулак, чтобы посмотреть находку. Не успел он опустить голову, как все вокруг почернело, а вдали за угол уплывали три зеленых облакообразных объекта, переливаясь то светлыми оттенками зеленого цвета, то светло-темными. В облаках Ванька ясно видел небольшие, размером с мизинец, сферы, хаотично перемещавшиеся внутри каждого из них.

Ваня разжал кулак и, взглянув на руку, увидел светящийся зеленый отколотый кусочек неизвестного камня. Он тотчас осмотрев камень, спрятал его в карман пальто. В глазах возникла белая рябь, точно такая, которая появлялась, когда он резко выключал в комнате свет, и глаза начинали привыкать к темноте.

Не успел Ваня как следует осознать то, что только что с ним произошло и осмотреться, как сзади послышался чей-то голос.