Пропавшее кольцо императора. IV. Нашествие орды

Даже висящая сбоку кривая сабля в кожаных ножнах, обтянутых тонкой шкурой сайги, казалось, росла из его кривого бедра.

– Ха! – губы командира расплылись в зловещей улыбке. – Пришло время нашей охоты…

Плечистый, в стальном, тускло поблескивающем шлеме с поднятой кверху стрелкой, в чешуйчатой стальной рубахе с гладко сияющим нагрудником и с оплечьем, в стальных наколенниках, вооруженный булавой с острыми шипами, на металлической цепи, легкой саблей в замшевых ножнах, он сильно отличался от своих подчиненных нукеров.

Широченное и скуластое лицо десятника с жидковатыми отвислыми монгольскими усами походило на неживую маску. Но в глубине его зло сощуренных темных глаз, не затухая, полыхал недобрый огонь.

По прямой посадке, по немигающему, как у ядовитой змеи, взгляду, по тому, как его короткопалая кисть жестко сжимала рукоять булавы, чувствовалось: этот человек умеет приказывать. Он не знает жалости и снисхождения, а узкие глаза его так же привыкли к виду смерти, как привыкли они к созерцанию неба и солнца, травы и деревьев.

Он первым ехал во главе десятка воинов. Синий лоскут трепетал на конце его поднятого вверх копья. Изредка значок десятка склонялся на сторону, медленно покачивался, и тогда все всадники торопили или сдерживали лошадей, растягивали или уплотняли колонну.

– Взять с собой… – Кокчу ткнул рукой в сторону убитого волка.

Его жест повторили, последний, наклоняясь с седла, подхватил зверя, захлестнул петлей аркана, забросил на круп присевшего жеребца.

Тропа ширилась, а кони опять тревожно похрапывали, косясь на близкие заросли.

Видно, волки следуют за отрядом, и это добрый знак: звери заранее чуют кровь. Значит, скоро она прольется. Но прежде чем волки получат добычу, всадники заполучат свою…

На опушке лесочка, прижимаясь к самому урману, словно росла из самой земли, прилепилась сама по себе неказистая избушка. Сложенная из толстых бревен, накрытая тесом и обложенная сверху дерном, она издали сливалась с самой природой, которая будто прикрывала жилище от чужих и любопытных глаз.

Лишь случайно и лишь близко подойдя и наткнувшись на избушку, можно было обнаружить ее присутствие.

Оно не раз уже спасало ее обитателей от недобрых гостей. Но только в это утро семье бортника не повезло. Сами не ведая того, степняки подобрались к ней столь близко, что стали отчетливо видны посеревшие от дождей бревна, нелепым пятном выделившись среди густой зелени.

Вытянув вверх руку, Кокчу остановился. Позади него замерли его воины.