Ключ под ковриком

– А у травоядных что? Ну?

Борька, сдерживая смех на своей наглой роже, уже выходил в коридор.

– Копыта? – раздался из кухни рассеянный голос.

Мы быстро помчались подальше, чтоб проржаться незамеченными.

Даже чувство голода притупилось. Правда, ненадолго. По пути нам повстречался коренастый Пашка.

– Паштет, есть дело! – Борька отвёл однокурсника в угол, стал с ним шушукаться, а мне поручил одолжить у Крота сковородку и идти на кухню наблюдать вторую часть Марлезонского балета.

Когда я со сковородой поднялся на второй этаж, Борька опять убеждал Дюсика в парнокопытности кролей.

Мол, пацан, не кощунствуй, не ешь кота, сходи пообедай в столовку.

– Не могу я в столовке питаться, у меня гастрит! – пожаловался Дюсик и вдруг встрепенулся:

– А как же заяц из «Ну, погоди»?

– Так это заяц! Он в лесу живёт и мелкими грызунами питается! А кролик совсем другой! Ты ж никогда не бывал в деревне?

– Не бывал, и что? Ты вон в Корее тоже не бывал, ни в Северной, ни в Южной!

– А вот давай спросим кого-нибудь настоящего сельского!

Как раз в это время, прихрамывая, на кухню зашёл Пашка.

– Что это с тобой? Чего хромаешь? – обрадовавшись поводу сменить тему, переключился на нового персонажа совсем измученный Дюсик.

– Так до батькив у село йиздыв, – ответил Пашка на своём обычном суржике.

– И что? С велосипеда упал? Или с лошади? – прищурив свою наглючую физиономию, как бы мимоходом поинтересовался Борька.

– Та ни, мене кролик в сарае копытом лягнув!

Через пять минут мы уже без Дюсика снова катались от смеха.

Немного неловко было перед доверчивым пареньком, но теперь у нас была сковородка и кролик.

– Ну что, поджарим жаркое? Ромка, ты, кстати, умеешь готовить?

– Я-то умею. Только вот что. Мы сейчас раздобудем самую большую кастрюлю, найдём у кого-нибудь картошки, луковицу, что там ещё… И приготовим суп. И всех, кого найдём в общаге, позовём к Кроту на футбольной обозрение!

– Я картошку притащу, у меня даже морковка есть! – похвастался Пашка.

 – И домашнее сало!

– Кстати про Сало. Как думаете, даст в долг бутылку? Роман, может ты попросишь? – спросил Борька.

Сало приторговывал водкой. По двадцать рублей. Если вдруг кому среди ночи нужна была – ну мало ли, романтический вечер начать или продолжить. Как-то это было не по-студенчески, что ли. Но Сало уже тогда унюхал ветер перемен и стал первым предпринимателем. Рамазан как-то порывался ему морду набить за такое предпринимательство.