Эссе для потомков

Проходным – это когда один коридор и по периметру, одна за другой, буквой «п» идут комнаты. Я поднялся вверх повернул с лестницу сразу на право, увидел первую дверь всю разрисованную, подумал, что это туалет и пошел дальше, смотря внимательно на номера на комнатах. Не сразу поняв последовательность, я пошел по периметру, наблюдая на номера комнат. Так я прошел по кругу и вернулся к тому туалету, что повстречал сразу, потому что на нем не было номера, а после аналитики, я уже стал подозревать, что это она и есть, именно та комната, куда меня заселяют.

Я, выбрав место почище, аккуратно стал стучать, но дверь поддалась вперед, она была открыта. Я открыл до конца дверь и вошел внутрь. Моему взору сразу представилась очень интересная картина. В комнате не было обоев, она была частично заштукатурена и побелена, похоже, как раз в сталинские годы. Пол был паркетный, но состояние паркета требовало восстановления. В двух-трех шагах от входа стояла металлическая конструкция из двух весящих друг над другом кроватей из металлической сетки, потом я узнал, что данная конструкция называется на студенческом языке – «вертолет». Прямо у кроватей была куча бутылок и мусора, который уже меньшим слоем расползался по всей комнате, и было понятно, что разуваться, тут просто не стоит. На нижней кровати сидел непонятно во что одетый, грязный и побитый парень, держащийся за голову. Я подошел к нему, и все еще сомневаясь, что это нужный мне номер комнаты, обратился к нему и спросил какая это комната. Он повернулся в мою сторону, ища меня своим мутным взглядом, и ответил, что я не ошибся и это именно та комната, которая мне нужна, а потом поинтересовался, что мне нужно. Я ничего не ответил и поспешил ретироваться в обратном направлении к коменданту. Точнее я побежал к ней, сразу вспомнив мамин наказ с взяткой и уже не сомневаясь, что именно так и сделаю. Я ворвался, запыхавшись в кабинет коменданта, держа на вытянутой руке пакет и не отдышавшись, невпопад стал, что то говорить. Я говорил коменданту, с большими округленными от удивления увиденного мною глазами, про то, что данный, предоставленный мне номер для заселения, мне показался не совсем удобный. В это время пакет уже был в руках комендантши. Она, намного спокойнее, чем я ожидал, ответила мне, что ну ничего страшного, успокойся, сделаешь ремонт и заживешь. Потом спросила: «что это и кто научил?» показывая на пакет и делая, как мне показалось строже выражение лица при этом.