От Первого лица

Вокзал был хорошо освещён и подойдя к пешеходному переходу через дорогу, отделявшую меня от зданий сталинской постройки, я вновь восхитился этим великолепным сооружением, окрашенным в белый цвет. Этот великолепный ансамбль состоял из трех элементов: двухэтажного железнодорожного вокзала, увенчанного башней с часами, и двух павильонов, в одном из которых располагался автовокзал, а в другом- круглосуточная закусочная. На привокзальной площади стоял на гранитном возвышении бюст Александра Невского.

Это была визитная карточка Великого Новгорода.

Уже начали курсировать городские автобусы и возвращались домой, прогулявшие всю ночь, бандиты на своих шикарных иномарках под визг блатной музыки, доносящейся из салонов авто. Перейдя дорогу, я окунулся в жизнь привокзальной площади, которая кипела и днём, и ночью, сворачиваясь в спираль взаимных интересов уставших путников и сферы услуг, делающих на них неплохие бабки. Утро понедельника начиналось с того, что в закусочной и около неё опохмелялись с большого бодуна имеющие капусту фраера и бомжи, поглощающие денатурат.

Таксисты и просто встречающие московский скорый поезд, прохаживались возле своих тачек и, играя ключами, базарили между собой, отпуская скабрезные шуточки.

Подойдя к павильону автовокзала, я услышал окрик:

– Эй, братан, угости сигареткой, – хриплым голосом приветствовал меня, подходящий ко мне бомж, одетый в грязные лохмотья, с красным, небритым лицом алкоголика и привязанными к голым ступням кедами.

– На, герой, держи, – отвечал я, доставая пачку сигарет и протягивая ему две штуки.

– А ему, – и он грязной рукой, усыпанной язвами, показал на лежащего возле скамейки, в луже собственных фекалий, собрата.

Я дал ему ещё две сигареты и поспешил скрыться от запаха кала и давно немытого тела в помещении автовокзала. Если говорить откровенно, то данные особи были мне намного ближе, чем расхаживающие в своих малиновых пиджаках, носящие килограммовые золотые цепи, бандиты от бизнеса.

У каждого из бомжей за плечами была своя история падения. Кого-то кинули черные риэлторы, кто-то убегал от деревенской нищеты в поисках счастья и опускался на самое дно, но каждая судьба была индивидуальна. А эти новые русские жили по одному сценарию: кинул-убил или убил-кинул. Все эти огромные состояния были замешаны на крови. Купив билет в своё настоящее, я поспешил к автобусу.