Сталь

 – Нашел, нашел, стало быть, юго-восток посередке, стало быть на юго-восток, а если врал он, если так сказал, что попало, тогда как?..»

Паника оживилась, двинулась, словно неисчислимая армия.

«Вспомнить, вспомнить надо, откуда было солнце, когда шли вчера в эту сторону, где оно было, когда по распадку мелколесному шли, я еще подумал – греет, как греет, хорошо греет, правую щеку грело, правую, потом затылок, стало быть, прав старик, не обманул, на север шли мы, четко на север, значит возвращаться точно на юг.

Паника, споткнувшись, встала.

«К реке, вот куда мне нужно, бог с ним, со стариком, к большой реке выйти нужно, по реке до людей дойду, как бы ни было – доберусь, а там как-нибудь и до города, не до одного, так до другого, ничего, выйду, сапоги на мне крепкие, спасибо ему, козлу старому, жратвы еще дня на три, если потянуть, сухари есть, ничего не болит у меня, не жмет, не трет, деньги есть, документы при мне, спичек нет, зато нож есть, ежели бог даст – не пропаду.»

Паника задрожала, как воздух над костром, да вдруг исчезла.

6

Он ждал.

Хотел идти и боялся. Он боялся разминуться со стариком, если тот вдруг не сбежал, а ушел, чтобы найти дорогу, чтобы спастись самому, чтобы спасти его, Николая. «Зачем тогда взял он водку, за каким чертом, что он с ней станет делать – выпьет, сразу или после, когда доберется до своей избы, выпьет с устатку, в тепле, в безопасности, посмеиваясь над доверчивым городским дураком. Почему тогда не взял он денег? Мог бы, ясное дело, мог взять, – думал Николай, пытаясь разгадать секрет Иванова исчезновения, – ежели бросил он меня, взял бы деньги, взял бы, если б не забыл.

Память у старика дырявая, мог забыть, мог, – Николай поглядел наверх, прищурился на солнце, – про деньги не забыл бы. Нет. Шалишь. Стало быть, на юг…» Он встал, отряхнулся, все еще не надевая мешка, налегке, сделал для верности круг, потом еще один, больший, и наконец последний, самый большой – старика не было.

– Пшшел!.

.

Мешок повис на плечах спасительной тяжестью – не дай бог лишиться, оставить, потерять, провианту ненадолго хватит, а все же паниковать пока рано, есть, еще есть, и день, и два, и три кружить можно по лесам этим, а то и больше, только бы погода не подвела, только бы не испортилась, только бы не сглазить, тьфу, тьфу, тьфу, ты, черт!!!

Лес был огромен. Никогда прежде не приходилось видеть ему такого безбрежного леса, не приходилось бывать в нем одному.