О чём шепчет лес

Разбудить мальчика, чтобы отправить его стаптывать молодые ноги о твёрдую почву? Нет, думать сейчас надо совсем не о том.

– Питер, – грубым басом сказал он, – Питер!

Мальчик подскочил на месте и сонными глазёнками посмотрел на отца – такой маленький, растерянный. Айдан, устроившийся у мальчика на коленях, оскалил зубы и зарычал. Ударить бы щенка по вытянутой морде, чтобы знал, на кого не следует огрызаться, да только сыну много обиды будет.

– Спрыгивай, пойдёшь пешком. – Питер медлил всего секунду. – Ну, чего ждёшь?! Спрыгивай, я сказал!

Мальчик, не решаясь более гневать отца, резко выскочил из телеги и принял свою нелёгкую участь со смирением, чуждым большинству детей.

Подошвы его обуви, поношенной из-за постоянной беготни, почти стёрлись, и вскоре он рисковал идти по грубой почве босыми ногами. Бетти подкладывала ему в ботинки старые тряпки, чтобы ступать было мягче, но надолго бы этого всё равно не хватило. А в их текущем положении, когда в первую очередь нужно беспокоиться о жилье, на которое и половины суммы не скопилось, Питер рисковал отходить с тряпками вместо подошв и многие последующие месяцы.

Однородная бурая твердь тянулась далеко вперёд, а путь по-прежнему казался поистине бесконечным, когда Анна, единственная, не считая щенка, оставшаяся сидеть в телеге, впервые свалилась с солнечным ударом. Это заметили не сразу, а когда заметили, Бетти тут же вознамерилась вылить на тряпки всю оставшуюся во флягах воду, чтобы затем положить влажную ткань на горячий лоб девочки.

Но Джордж со всем своим мужеством потребовал не делать этого.

– Лишь несколько капель, – твёрдо сказал он, забирая флягу. – Ей придётся справляться с этим самой, иначе все сгинем.

Ещё никогда молодая жена и практически трижды мать так не хотела выступать против решения мужа, но хорошее воспитание вновь напомнило о себе, и она в очередной раз смолчала. Они все страдали от жажды, голода и усталости, и лишь Джордж страдал ещё и от собственных сомнений. В правильном ли пути он ведёт свою семью? Не лучше ли было остаться на добычу индейцам, чем погибать в дороге? На двенадцатый день Джордж вдруг понял, что они едва плетутся, а перекусывают одними лишь жёсткой солониной да сухарями.

Питер как-то сломал зуб, пытаясь прожевать очередной кусок, и с тех пор к еде почти не притрагивался. Человек умнее Джорджа сказал бы, что сухари и солонину предварительно необходимо размочить в воде, но тот человек не знал, сколько воды у них осталось.