Постовой

Еще через десять минут Дима, со скандалом загнанный на крышу гаража, откуда он, распластанный, как камбала, наблюдал за работой бригады железнодорожников, периодически угрожая, что его изгвазданную форму стирать буду я, доложил, что мужики в оранжевых жилетах стали что-то носить из гаражей.

– Саша, пошел! Они что-то грузят в прицеп, – шепнул я в микрофон, получив в ответ короткий тональный сигнал – ответ от Окунева, что он все понял и едет к нам.

– Дима, слезай, пошли потихоньку.

Выйдя к гаражам, стоящим напротив места работы бригады, мы обнаружили приподнятый мощным домкратом с одного угла гараж и двух железнодорожников, тревожно наблюдающих через узкие щели за милицейским УАЗом, возле которого невысокий старшина Окунев о чем-то весело трепался с их коллегами, продолжавшими изображать созидательный труд на линии железной магистрали.

Нам удалось подойти вплотную к двум замершим в ожидании парням в оранжевых жилетах, так как звуки работы двух не самых тихих отечественных двигателей – «уазика» и сварочного генератора, заглушали наши крадущиеся шаги.

Своего «клиента» я взял сзади, за шиворот одежды, крутанув ворот его кофты сразу на полный оборот, чтобы немного придушить мужчину, не дав ему возможности обернуться ко мне. Ошалевший от неожиданности мужик послушно поднял руки и, понукаемый мной, поплелся к своим коллегам, обстановка возле которых радикально изменилась. Окунев и его водитель, старшина Репанов, как чертик из коробочки скаканувший из салона автомобиля, как два маленьких бультерьера свирепо держали за рукава спецовок, каждый сразу по два, немного растерявшихся мужиков.

Пятый член бригады, оставшийся без их опеки, бросился в сторону бесчисленных путей железной дороги, но успел сделать всего два шага. Дима Ломов все-таки исполнил свою мечту, бахнул в воздух предупредительный выстрел, прямо над ухом своего конвоируемого. На этом всякое сопротивление путейцев было закончено, все стояли с поднятыми руками, кроме Диминого клиента – одной рукой он осторожно держался за контуженное близким выстрелом ухо. Затем началась обычная рутина: вызов следственно-оперативной группы, осмотр гаража и прицепа, куда уже были погружены четыре покрышки и лобовое стекло, снятое со стоящей в гараже вазовской «копейки».

– Паша, а все-таки, зачем мы ждали, пока они машину раскурочат? – Дима шагал рядом со мной, счастливо насвистывая, позабыв о своих испорченных о ржавую крышу гаража брюках и форменной рубашке.