Их жизнь. В краю голубых озёр. Книги первая и вторая

 – Ты, вот что, стерва, не считай нас за дураков. Не вздумай бежать за помощью. Даю тебе пять минут на погреб. Не успеешь, я ему, твоему ненаглядному, три дырки на лбу из этой штуки сделаю, – погладил он рукой автомат.

Франя принесла бутыль с самогонкой, сало, вытащила из печки чугунок с картошкой, порезала хлеб.

С каждой выпитой порцией самогонки всё больше краснели лица у «лесных братьев», и всё сильнее развязывались языки. «Хоть бы они быстрее напились и заснули, может, Мара придёт попозже, – думала с замирающим сердцем Франя, – хорошо, что она к подружке ушла, может, и ночевать там останется… А, вдруг, она уже идёт? – Острая тревога всё сильнее охватывала её.

 – Пойду, посмотрю, может, успею перехватить», – решилась она и направилась к двери.

– Ты куда? – окрикнул её Меченый.

– Луку нарву и огурцов свежих, – запинаясь, ответила Франя.

– Помни, дорогая моя хозяюшка, пять минут у тебя, не больше! Опоздаешь – он расплатится! – Кивнул Меченый на молча сидящего Арнольда Дубру.

Франя тоскливыми глазами посмотрела на мужа и вышла… Всё больше темнело, постепенно поднимался на лугу туман. Мать до рези в глазах всматривалась в ту сторону, где был хутор Ванагов, но дочь всё не шла…

Франя тяжело вздохнула, сорвала несколько огурцов, вырвала с корнем лук и бегом побежала к дому.

– Что-то ты долго, – подозрительно посмотрел на неё Меченый.

– Так, ведь, стемнело уже, – ответила Франя, – а у меня глаза уже слабые стали.

– Тьфу, чёрт, как же это я сразу не догадался? – Хлопнул себя ладонью по лбу Меченый.

 – Она ж, за дочку трясётся! – Заржал он, довольный своею прозорливостью. – Где же ваша красавица, а? – Рявкнул он, внезапно свирепея.

– Нет её… Она… уехала, – пробормотала Франя, белая, как мел.

– Ты мне мозги не крути! Я таких хитрых в гробу видал! Понятно?

В эту минуту в избу вбежала запыхавшаяся Мара и остановилась, как вкопанная, стали бледными только что полыхавшие румянцем щёки.

– Ого-го! – Восхищённо уставился на неё Меченый. – И впрямь, красавица стала! – Он вожделенно обвёл глазами её высокую грудь, тонкую талию, босые загорелые ноги. Дубра, не спускавший с него глаз, встал и униженно попросил:

– Братья, что хотите, со мной делайте, только дочку отпустите!

– Братья! – Передразнил его Меченый. – Ишь ты! Брат нашёлся! Волки тамбовские тебе братья! – Остальные заржали, довольные остроумием своего главаря.