Империя в войне. Свидетельства очевидцев

Пришвин, 4 сентября

Дежурный по станции вычел штраф за неоплаченную мною станцию из денег, которые я дал проводнику, чтобы купить кое-что для себя на станции. Напрасно объяснял я дежурному, что совершает незаконный поступок: он меня совершенно не понимал. В вагоне я это рассказал своим случайным спутникам и прибавил, что начинаю понимать, как можно любить своего врага: в мирное время немцы это хорошо бы поняли. Почему же вы не живете в Германии? – спрашивала меня дама полная, белая, с широким лицом. Потому что я живу в России, – отвечаю я даме.

А она продолжает: Вот у нас так всегда свое заплевывают. Что называть «своим», – возражаю я даме, – вот, сударыня, костюм, я уверен, что он у вас немецкий. Все из Парижа! – с негодованием воскликнула дама. Мода – это дело вкуса, – заступился старый полковник за даму. Конечно, обрадовалась дама, – мода существует только парижская… Чтобы не подливать масла в огонь, я принужден был весь остаток пути выслушивать даму и полковника о немецких зверствах и беззакониях.

«Группа», 5 сентября

Ваше Императорское Высочество (великий князь Николай Николаевич – прим. авт).

Группа русских людей, горячо любящих Царя, родину и Вас обращается к Вам с горячей мольбою: пожалейте армии северные, которые губят печальной памяти герои штабов Японской войны, ведь ни генерал Жилинский, ни генерал Орановский в боях не бывали, сидели в тылу и привели к разгрому нас, их винить нельзя, раз бездарные, ничего не поделаешь, но оставлять их теперь, когда Россия должна победить, нельзя, эти люди, как ни будут стараться, победы не дадут.

В Северной армии все офицеры недовольны порядками, нет связи между отрядами, почему в Южной армии порядок, а тут Самсонов погиб (застрелился), Ренненкампф тоже едва выскочил; все это показывает, что нет связи, а ее должен был создать Жилинский с Орановским, но они не годятся; неужели нет достойных героев из молодых, не выскочек вроде Артамонова и Кондратовича, а истинно русских честных воинов.

Спасайте Россию, мы все ляжем за нее в бою, но под командованием героев. <…> Фамилий наших Вам не надо, так как вероятно подписалась бы вся Россия.

О. Козельский, 6 сентября

Опять залетали неприятельские аэропланы. Негодяи разбрасывают с них прокламации, обращенные к нашим войскам. Вот текст их воззваний:

«Солдаты, у австрийской границы русская армия разбита и отступает. Много русских солдат остались на поле сражения. В Польше – мятеж.