Империя в войне. Свидетельства очевидцев

<…> Разговорились о войне с другими девчатами…

– Мы думали, что немцы черные, одеваются вон как те дикари, которых показывали вы нам на картинках… Кто попадется к ним в плен, замучают, изжарят и съедят… А вишь все они, как мы, белые, одеваются чисто и живут в хороших домах, как господа…

– Знамо дело, такие же, как мы… И Карпуха так вон рассказывает…, вставляют другие девочки.

– У них, говорят, и церкви есть, как у нас! кресты на церквах! говорит кто-то…

– Это уж не ври! Они не крещенные, батя сказывал перебивает другая: – если бы крещеные были, не стали бы воевать с нами, не стали бы наши церкви разорять…

– Нет, крещеные! настаивала первая…

Заспорили… Разрешаю детский спор.

– Нет, дети, немцы крещеные, как и мы, христиане… Веруют также во Христа Спасителя, есть у них и церкви… Правда, хотя они и христиане, но христиане не православные… И обряды церковные и верование у них несколько иные, нежели у нас…

– Вот как! Немцы – христиане! удивились некоторые из них… Почему же они мучат пленных наших, разоряют паши церкви? – вдруг, к удивлению моему задают мне вопрос мои малыши…

Мне, признаться, стало стыдно за прославленную европейскую цивилизацию.

Ноябрь

Н. Н. Врангель, 1 ноября

Раненые офицеры, которых у нас десять, – рассказывают: в армии среди солдат множество симулянтов, притворяющихся ранеными. Все они стреляют себе в мякоть левой руки и, таким образом, становятся негодными к строю.

Еще более позорящие слухи ходят о наших санитарах. Все они, набираемые из отбросов армии, занимаются грабежом. Сегодня один из раненых офицеров рассказывал мне, что он собственноручно застрелил одного и ранил другого русского санитара, которые на его глазах, полагая, что он лежит мертвым, прикалывали его раненого товарища, чтобы поживиться его деньгами.

Л. В. Саянский, 1 ноября

А уж дети-добровольцы – те совсем вздор!

Конечно, каждая часть их приютит, хотя бы потому, что во всех русских ротах, эскадронах и батареях живет обычай иметь что-нибудь живое и беспомощнее при своем общем котле. В мирное время во взводах и конюшнях казарм – носятся разные «Шарики» и «Пестрики» с репееподобными хвостами и с наеденными «на вольной еде» пузами. А теперь «Шарики» разбежались.