Аргентина. Квентин

Что сказать в ответ, Уолтер даже не представлял. Просто поблагодарил.

На лестнице, по дороге в бухгалтерию, задержался, взглянул на обложку. Автор Вальтер – и он Вальтер, герой Квентин – и он, выходит, тоже. Но почему история – повторяется? Открыл книгу, поглядел на первые строчки.

«Вторая половина пятнадцатого столетия подготовила ряд событий, в итоге которых Франция достигла грозного могущества, с той поры не раз служившего предметом зависти…»

Фразу не дочитал. Ничего не понял. Книгу спрятал подальше.

Прошлым вечером, одолев очередной раздел про скалолазов, снова достал томик с рыцарем. Настроился серьезно, изучил первую главу. Король Людовик, Карл, прозванный Смелым, герцоги Бургундский и Бретонский, вассалы, разбойники, плахи с топорами… «Взаимная ненависть двух великих государей достигла крайних пределов, вопреки заключенному ими между собой перемирию, правда временному и очень непрочному…» Невеселые дела творились в тогдашней Франции! Но он-то, Уолтер Квентин Перри, каким боком к этому прислонился? Его история совсем другая!

Открыл вторую главу, скользнул взглядом по строчке.

«В одно прелестное летнее утро, в тот час, когда солнце жжет еще не слишком сильно, а освеженный росой воздух наполнен благоуханием…» Нет, мисс Виктория определенно перемудрила. Может, ей самой все это благоухание в детстве нравилось, вот и решила поделиться? А с виду такая серьезная женщина!

3

– Накрываю, – Уолтер положил короля пик поверх дамы и быстро взглянул на карты. Если он не ошибся… Барон еле заметно дернул усиками, и молодой человек понял, что таки ошибся.

Туз!

Дальше можно не играть. Поражение, да еще третье подряд! Ух, немец!..

– Предлагаю перерыв, – молвил фон Ашберг, аккуратно складывая колоды. – Не желаете заглянуть в бар, господин Перри?

– Не пью!

Оловянный взгляд из-под монокля блеснул насмешкой.

– Кстати, вы правы. Усы мне совершенно не идут. Но, знаете, привычка. Я стал носить такой фасон еще в те годы, когда ефрейтор Шикльгрубер отращивал под носом нечто, напоминающее собачий хвост.

– А я думал, вы за Гитлера, – ляпнул Уолтер и прикусил язык. Барон отодвинул карты, наклонился, взглянул прямо в глаза.

– Во время игры я не разговариваю о политике, господин Перри. Но если вам так интересно, могу пояснить в доступной форме. Когда горит дом, мне все равно, какие усы у брандмейстера.

Откинулся назад, на миг прикрыл глаза.

– Вспомните, что творилось в ваших Штатах во время Великой депрессии.