Аргентина. Квентин

А если искра? Водород, майн герр, с ним не шутят! Книги тоже смотрели – и очень тщательно проверяли документы.

А еще личный обыск! Пассажиры, особенно дамы, заранее возмущались, некоторые, из тех, кто постарше, в полный голос. От поездки, впрочем, никто еще не отказался.

Оказавшиеся в хвосте неожиданной очереди решили заняться вещами сами, отложив в сторону лишнее и запретное. Все приятнее, чем когда в твоем белье копаются чужие руки. В случае с чемоданом Уолтера инициативу проявил Перри-младший, которому личности в штатском сразу же чрезвычайно не понравились.

– Нож отберут, – деловито рассудил он, откладывая помянутый в сторону. – Когда возвращать будут, проследи, чтобы отдали. Он у тебя классный! Еще заныкают, гестаповцы.

– А кто такие гестаповцы? – удивился старший.

Ответом был выразительный взгляд. Племянник, в отличие от дяди, читал не только спортивный раздел, порой просматривая даже первые полосы «Нью-Йорк Морнинг Телеграф».

Книгу Джон не без сожаления вернул. Перри-старший, дабы не забыть, сложил всю полиграфическую продукцию стопкой: два опуса про подвиги Капитана Астероида, брошюру про скалолазов и потрепанный томик с рыцарем на обложке.

Тяжелый пакет в плотной бумаге. Сопроводительные бумаги. Печать, подписи…

Порядок!

– Вроде, все, – рассудил лопоухий. – Металл я отложил, чемодан кожаный, не придерутся. Разве что ботинки, они у тебя, Уолти, с заклепками. Слушай, зачем тебе горные ботинки? В самом деле по скалам лазить будешь?

Перри-старший подумал, как бы честнее ответить и не соврать.

– Я курьер, Джонни. Ботинки за счет фирмы, как и костюм. А лишних вопросов я не задаю. Когда платят двадцать пять долларов в день, можно и две пары ботинок на горбу потаскать.

– Это верно, – согласился младший, укладывая вещи обратно в чемодан. – Хорошо хоть «Томсон» не всучили. Между прочим, крутая у тебя фирма. Курьера – и на цеппелине. Это же четыреста долларов в один конец!.. Да, кстати! Паспорт, деньги, билет… Не забыл?

Уолтер хлопнул себя по новому пиджаку, нащупал паспорт во внутреннем кармане.

– На месте. За меня не волнуйся. Сам-то…

Младший, фыркнув, закрыл чемодан, хлопнул ладошкой по твердой коже.

– А я-то что? Не маленький!

Старший кивнул, соглашаясь, вздохнул поглубже.

– Джон Рузвельт Перри! К тебе обращаюсь!

Голос не повышал, лишь добавил сержантского металла.

– Сэр! Да, сэр!

Лопоухий дернулся и замер по стойке «смирно».