Аргентина. Крабат

Понимаете?

– Еще не совсем, но, кажется, начинаю проникаться. Но… зачем? Даже если мне сломают ребра и заставят признаться в шпионаже в пользу 61-й Лебедя – какой в этом смысл?

– Никакого, доктор. Как и в сломанных ребрах. Нехорошо обманывать ожидания поклонников вашего красноречия, но сегодняшнюю лекцию я бы советовала отменить. И в отель не возвращаться.

– А как же мой летательный ранец в чемодане с потайным дном?

– Могу одолжить помело. Вполне в духе «Аненербе». И… У меня к вам просьба, доктор, несколько неожиданная.

Вы стараетесь не смотреть мне в глаза. Ваше право, но я бы все-таки попросила… Два вопроса – «face to face». Согласны?

– С английским у меня не очень, но… Согласен!

– «Бегущие с волками». Знаете, кто это?

– Нет.

– Общество «Врил»?[34 - Автор и сам не знает, что такое общество «Врил». И никто не знает. Все, что нам известно о тайном союзе, которым заправляли женщины с длинными волосами, слишком похоже на сказку.]

– Увы!

– Мария Оршич?

– А это уже третий вопрос, фройляйн! Нет, и ее не знаю.

И еще раз – увы! Как человек давно и глубоко женатый, я даже не могу намекнуть, насколько у вас красивые глаза.

– Не беда. Зато какой-то женщине очень и очень повезло… Кстати, Вольфанг Иоганн Эшке, специалист по древнегерманской литературе, вступил в общество «Врил» в июле 1920-го. Тогда ему было сорок три. Прекрасно сохранились, доктор!

– Чудеса инопланетной медицины, фройляйн! Кстати, «Краузе» – это галантерея или иголки для швейных машинок?

* * *

– …А выглядят Вознесенные Владыки с планеты Венера приблизительно так, – пальцы привычно коснулись зубчатого колесика на боку трудяги-алоскопа[35 - Ныне используется термин «аллоскоп», но в 1930-е годы одного «л» еще не было.

]. – Во всяком случае, по мнению уважаемого герра Балларда…

Оглядываться не стал – смотреть на зал было куда интереснее. Две-три секунды недоуменного молчания и…

Хохот.

Доктор Эшке и сам улыбнулся.

Шутить – так шутить! Калифорниец Гай Баллард, конечно, сумасшедший и регулярно общается с графом Сен-Жерменом, но картина родом не с Западного побережья США, а прямиком из запасников берлинской Национальной галереи. Из экспозиции изъята, будучи причисленной к «дегенеративному искусству».

Наглядность – скелет лекции. Почтенный филолог-германист очень гордился подборкой иллюстраций, переснятой на фотопленку «Agfacolor-Neu».