Под полной луной

Стоит лишь остановиться и закрыть глаза, и воспоминания уже спешат вам навстречу, разрывая паутину времени и продираясь сквозь памятники прожитых лет. Спешат, чтобы показать сверкающие радостью глаза и озорную улыбку ребенка, которым вы некогда были. И если постараться, можно услышать его звонкий смех.

Он не знал, как будет дальше, но искренне верил, что будет не так…

Мир навсегда должен был остаться причудливым и ярким, полным чудес. С молодыми и здоровыми родителями; со школьными друзьями; с солнечными днями во дворе и уютными вечерами с чаем перед телевизором.

Но наступает момент, когда все меняется. Быстро и необратимо. В вашей жизни происходит нечто столь необычное, что сбивает с наезженной колеи. То, к чему вы оказываетесь не готовы…

Тогда же меняетесь и вы, хоть и осознаёте это лишь спустя годы.

Так было и со мной…

Иногда я прогуливаюсь по двору, в котором вырос. По прошествии лет он кажется маленьким и невзрачным. В детстве же это был искрящийся всеми цветами радуги мир.

У подъездов на лавочках сидели старушки, лузгая семечки; за дворовым столиком мужики пили самогон, играя в шахматы и домино. Местный дурачок материл прохожих, сидя на цепных качелях. Я до сих пор помню их скрип и его невнятную речь, словно все происходило только вчера.

А вон там, на лавочках перед деревьями рябины, собирались мы с друзьями.

– Плешня, – обзывал я Леху и убегал, чтобы не получить. «Плешня» не было его прозвищем, просто Леха, оставшись как-то дома один, от скуки или любопытства неудачно себя подстриг.

Выглядело это смешно и жутко одновременно. Мальчишку пришлось побрить налысо, и все лето он проходил в бейсболке не снимая.

Каждый раз с улыбкой вспоминаю те времена, сидя на «нашем» месте. Даже спустя двадцать лет на нем сохранились надписи, вырезанные раскладным ножиком Максима. Мы увлекались футболом, и у каждого была любимая команда, названия которых мы и увековечили на досках лавочки.

Тогда же Леха придумал настольный футбол игрушечными солдатиками.

Мяч заменял шарик от антиперспиранта, а ворота мы мастерили из алюминиевой проволоки и марли. Это вызвало настоящий фурор во дворе. Ему бы Нобелевскую премию в области счастливого детства за такое изобретение. Мы устраивали Чемпионаты мира, из месяца в месяц оттачивая мастерство паса и технику владения игрушечным мячом.

А вон в том подъезде жил сумасшедший старик, которого мы дразнили. Когда его терпение заканчивалось, он гонялся за нами с деревянной клюкой.