Эйнштейн в координатах любви

Хотя Эйнштейну в зрелые годы не раз попадал «бес в ребро» (или в какое-то другое место). Но в данном случае вряд ли можно говорить о его «сексуальной озабоченности». У него совершенно очевидная потребность общаться – хотя бы письменно – с любимым человеком.

«Прощальный свет / Любви последней, зари вечерней». Кстати, когда это написал Фёдор Тютчев, ему был 51 год.

Вновь повторю: Эйнштейн пишет в Москву, зная, что встретиться с Маргаритой ему не суждено. Он понимает, что их письма, скорее всего, вскрывают и прочитывают «компетентные органы» и в США, и в СССР, но всё-таки продолжает писать.

Значит, это ему скрашивает жизнь.

Вот ещё два письма. Привожу их в том виде, как они опубликованы, без сокращений, чтобы показать, что Эйнштейн делится с Маргаритой новостями, как с близким другом, а не просто с любовницей. Помня о перлюстрации (тайном вскрытии корреспонденции) писем, местами прибегает к намёкам:

«Принстон. 15.01.46.

Любимейшая Маргарита!

Это уже третье посланное тебе письмо, а от тебя так и нет ни одного.

Я уверен, что ты получаешь мои, а твои исчезают в какой-то неведомой дыре. Надеюсь, что так оно и есть, а помимо этого надеюсь, что ты всё нашла таким, каким и хотела найти, и получила желаемые результаты от своей тяжёлой работы.

Я наконец написал что-то достойное. Ездил в Вашингтон, чтобы высказать своё мнение перед комиссией по Палестине. Наполовину она состояла из англичан, и я могу тебя уверить, что они ещё никогда не слышали такого публично выраженного возмущения.

Я даже не представлял, что смогу всё это изложить на английском. Но если человек должен сделать что-то, он сделает. А всё остальное – обычная работа.

Я здоров, а вот мой ассистент заболел. Все благоразумные люди недовольны развитием политической ситуации, но так было всегда, и всегда останется так, ибо большинство рождается не для того, чтобы править. Я сижу на моём полукруглом диване в полоску и наблюдаю тихой ночью за моим маленьким миром.

Я укрыт Альмаровым пледом, а передо мной на круглом столике лежит богатство из курительных трубок. Я экономно использую средство для очистки, которого хватит до моего последнего вздоха. Произвожу с помощью синего карандаша расчёты, и почти всё, как прежде. Но различие уже есть.

Сердечные пожелания и привет от твоего А. Э.

Сегодня у тебя, кажется, должен быть Новый год. Счастья в 1946 году».

«Принстон. 8.II.46.