Тайные общества русских революционеров

Тайные общества русских революционеров

Рудольф Константинович Баландин

Тайные общества, ордена и секты

Кем были русские революционеры XIX века: искренними борцами за счастье народа или членами тайных обществ, в чем-то подобных масонским ложам? Где грань между классовой борьбой и террористической деятельностью? Автор этой книги дает читателю возможность проследить поистине крутые повороты судеб декабристов и народников, анархистов и социал-демократов. Их действия почти всегда оборачивались трагедией и для них самих, и для тех, кто их окружал.

Так что их жизненный урок, по мнению автора, вызывает не только исторический интерес. Это еще и предостережение…

Рудольф Константинович Баландин

Тайные общества русских революционеров

© Баландин Р.К., 2007

© ООО «Издательский дом «Вече», 2007

Пролог

Мятеж, переворот, революция

В начале был мятеж.

Мятеж был против Бога,

И Бог был мятежом.

И все, что есть, началось чрез мятеж.

    Максимилиан Волошин

1

С этими тремя понятиями связано немало споров и предрассудков.

И это не удивительно. Они имеют не академический, а самый животрепещущий интерес, ибо во многом определяют жизнь общества и влияют на судьбы людей.

Мятежи, бунты, перевороты существуют тысячи лет – с тех пор, как возникло государство. Их можно считать социальными катастрофами. Но с не меньшим основанием они претендуют на роль движущих сил, стимулов, определяющих развитие общества, культуры, человеческой личности.

Они – показатели кризиса существующей системы (не обязательно социальной). Он может разрешиться более или менее спокойно, мирными преобразованиями. Однако нередко процесс носит катастрофический характер. В результате система или укрепляется, переходя на новый, более высокий уровень сложности, организованности, энергоемкости, или деградирует и разрушается.

Подлинные социальные перевороты расшатывают сложившиеся устои общества и обычно вызывают гражданские войны, террор, бедствия значительной части населения.

Но те, кто в результате выгадал, непременно называют свершившиеся перемены прогрессивными. Это еще в ХVI веке отметил англичанин Джон Харрингтон (перевод С.Я. Маршака):

Мятеж не может кончиться удачей.

В противном случае его зовут иначе.

Да, тогда он называется революцией.

В отличие от дворцовых переворотов революции сравнительно быстро преображают общество, а не только меняют властителей. В этом они подобны природным катаклизмам.