Зверь: тот, кто меня погубил

Страх расползался по телу сверху-вниз, как липкий мёд, капните его на поверхность.

– Тогда скажи, какого х* происходит? – прищурился Илья.

– Прости, – выдавала испуганно. – Я должна была давно тебе сказать…

– Давно? – зацепился за слово Новик.

Кивок дался с трудом.

– Стало быть, не любишь давно, а решила сказать только сейчас?

– Прости, – вновь стушевалась.

– Ты, бл*, хоть чуть-чуть соображаешь, как это по-идиотски звучит? – шипел в лицо Илья.

Я затаилась, не совсем понимая, что он хочет от меня.

Поэтому неопределенно мотнула головой. Жест полностью соответствовал качелям чувств.

– Я, с*, тебя со школы пасу! Всем доказываю, что ты само совершенство и грубость в твою сторону – сразу приговор. Охраняю тебя, с важными людьми знакомлю, а ты, бл*, решила ослиный характер показать?

– А письма на х* были? – рычал Новик в данный момент показывая, что он более страшное чудовище, чем думала.

Я чуть растерялась. Два коротких, сухих ответа на письма Ильи? Он об этом?

– Вежливость, Илья, – я подавила робость, хотя было странно объяснять такую простую вещь, – не хотела показаться невоспитанной.

Сделать больно и поступать по-свински…

– Это не по-свински, детка. Это по-сучьи! – Каждое слово впечатывалось в сознание, но пробивало насквозь душу. Стыдно, гадко, скверно. Вот так себя ощущать виноватой, глупой, неблагодарной стервой.

– Пусти, – попыталась выбраться из довлеющего плена, но не тут-то было:

– Нет уж, милая, – Новик за плечи припечатал меня обратно.

 – Ты мне должна достаточно ласки и нежности.

– Нет, – взбрыкнула я, да Илья меня за затылок схватил и встряхнул грубо:

– Да я в армии только мыслью, что скоро тебя заполучу, доживаю срок!!! – перешёл на откровенный крик, от которого по телу россыпи морозных колючек перекатывались. – А ты, тут, бл*, выеб* решила! – и ещё разок пригвоздил спиной к стенке.

– Прости! – Я растерялась, не ожидала такой агрессии, напора, злости.

 – Не хотела… – очередное оправдание утонуло в требовательном поцелуе. Не было в нём и капли любви – лишь гнев, желание подчинить.

Я опешила сначала, но когда грудь немилосердно сдавили, судорожно взбрыкнула. Заколотила кулаками по Илье, куда и как попадала. Замычала «пусти!!!» в рот, старательно извиваясь и отталкивая бывшего.

– Илья… – задохнулась негодованием, только секундную передышку дал.