Ола

Но все-таки в этом всем было что-то странное. Но вот что? Ломал я голову, ломал…

– Вы обратили внимание, Начо, – продолжал между тем лисенсиат, – какие у сеньора Хорхе доспехи? Старинные, такие сейчас немало стоят!

Ну конечно! Толстячок-то наш по всем этим тарчам да саладам – первый знаток.

– Его шлем – это же topfhelm! Очень характерный, с бармицей… Сейчас такой только в какой-нибудь старой церкви и увидишь. И наколенники, заметили?

Загорелся сеньор лисенсиат. Любит он, видать, старину!

– Он не в латах – в кольчужной рубахе.

Такие доспехи были у самого Сида! То есть, конечно, не совсем такие…

А по мне, что Сид, что Артуро, что Ланчелоте. Другое непонятно…

Только вот что?

Ага, вот и подъем кончился!

Замок!

Стены черные – зубцами,

Плотно заперты ворота,

А над всем – донжон темнеет,

В узких окнах – сгустки тени.

Словно спит химерный замок,

Заколдованный навеки.

Глухо бьют копыта в камень,

Тишина вокруг, молчанье,

Словно к склепу подъезжаем.

Только вдруг запели трубы,

И ворота заскрипели.

Вот и факелы на стенах.

Засветились враз окошки,

Ожил замок! Словно сняли

Вековечное заклятье.

Повернулся к нам дон Хорхе,

С головы снял шлем тяжелый,

Улыбнулся, руку поднял:

«Вас приветствует Анкора!

Будем рады мы гостям!»

ХОРНАДА VII.

О том, как сеньор Хорхе Новерадо играл с нами в старинную игру.

Паренька этого я сразу приметил, как только мы во двор въехали. То есть, не совсем чтобы приметил – темно уже стало, ночь совсем.

А факелы, известное дело, шага на два тьму прогоняют, а дальше чернота вроде бы как сгустком идет. Так что я все больше угадывал. Да и что угадывать? Бывал я в таких замках. И в Кастилии (она ведь в честь замков и названа), и в Италии – там крепостей таких хоть ослом моим ешь. Этот-то замок, Анкора, по сравнении с ними совсем скорлупка. Ну, двор понятно, стражники в кольчугах, слуги с факелами (все мрачные какие-то, из-за темноты, видать). Ну и паренек этот – возле самого крыльца, что ко входу в донжон идет. Стоит себе такой невысокий, худой, узкоплечий, в плаще до пят – и лобастый, хоть сейчас бодаться начинай. А нас с доном Хорхе (понял я уже, что этот Новерадо не просто «сеньор», а «дон», зря, что ли, замком владеет?) увидел – дернулся и вперед аж побежал. А мы как раз с одров наших слазили.

– Сеньор Новерадо! – громко так, испуганно. – Отец! Что случилось?

Заведено так у благородных – родителей полным именем титуловать.