Калужские писатели в эпоху перемен

И… опоздал на встречу!… Девять месяцев после этого я разными окольными путями извинялся перед «главным» – приглашал первым на свои персональные, дарил сигнальные экземпляры книг… Всё это время меня встречал холодок, недоверчивый взгляд и насмешливый «отлуп»… Далее, Салават всё же не удерживается от реверансов в сторону «главного», но заканчивает портрет задиристо, как и начал. «А недоверчивый взгляд, холодок и «отлуп» так и тянутся… Хоть бы женщина какая его растопила, что ли».

Поначалу многие герои его материалов обижались, фыркали, но, в конце концов, понимали: обиды – обидами, а ведь вошли в историю края! Поняла это и Нина Смирнова, которой тоже здорово досталось от неистового Салавата: «Фамилия ею оставлена, наверное, в насмешку над окружающими.

Более эгоцентричную в поведении женщину трудно представить, и характер мальчишеский, нахальный… Имя Нина для неё тоже слишком просто. Вот отчество как раз по ней – Витольдовна! Слышите горны, звуки турнира, рыцарскую спесь?» Можно представить насколько обиделась на самоуверенного «портретиста» поэтесса-журналистка и издательница Нина. Но, говорят, и она успокоилась поняла, что Салават своим щедрым пером обеспечил и ей место в истории Калужского края.

Конечно, есть у С. Асфатуллина и весьма тёплые рассказы о представителях местного «культурного слоя». Более того, таких большинство…

А портреты всё пишутся, пишутся, пишутся… И, как следствие, литераторы уже начинают упрашивать Салавата: «Напишика, мол, и про меня. А то про этих накропал кучу материалов – чем я хуже? «Портретиста» долго упрашивать не надо.

С удовольствием живописует о «забытых» им ранее авторитетных лицах. Кому-то достаётся «на орехи», кому-то…

Впрочем, уже вышла в свет вторая книга «Портретов» – сами прочитаете и, возможно, много чего интересного узнаете о своих кумирах…

Кстати, Салават начал штурмовать литературный Олимп, отнюдь, не нашумевшими «Портретами». Ранее у него вышла книга «Как молоды мы были» (в той же «Золотой аллее») с кокетливой пометкой «проза ранних лет».

Ничего себе «ранних»! В книге описываются такие «крутые» любовные сцены 35-летних бывших одноклассников, что даже верные семьянины при чтении сих рассказов начинают ностальгически вспоминать о своих давних любовных приключениях… и ещё Бог знает о чём.

Но «Портреты» не являются первыми в творчестве Салавата. «Вначале было Слово», причём сугубо экономическое: «Инфляция и инфляционные процессы». Хотя, данный жанр, вряд ли мог обеспечить популярность автору.