Век-волкодав

]

Чайганмаа Баатургы, племянница властительного Гун нойона Баатургы, устроилась на толстой кошме, брошенной прямо на деревянный пол. Красный с золотом халат, круглая шапочка цветного шитья, пояс, украшенный тяжелыми серебряными бляхами.

…Недвижное лицо в пятнах и шрамах, пустые мертвые глаза. Иван Кузьмич не выдержал, отвел взгляд.

– Прошу простить недостойную, – бледные губы попытались улыбнуться. – Приходится встречать славного в наших землях воина без всякого вежества. Служанку я отослала, хотелось побыть одной.

Сидела, вспоминала Париж – и мечтала, что вы из великой милости посетите ту, что не сберегла лицо. О большем недостойная не смела мечтать.

Кречетов поставил поближе стул, присел, вперед наклонился.

– Высказались? А теперь, Чайка, меня послушайте. Жизнь не кончилась, а значит, и сдаваться нельзя. Сколько хороших товарищей легло, чтобы мы сюда прорвались. Так что живите – и надежды не теряйте.

Вроде и правильно сказал, но сразу понял – напрасно. Девушка сглотнула, закусила губы, с трудом сдерживая стон.

– Погибшие – погибли. Они заслужили счастье в своих новых перерождениях. Недостойная лишена даже этого. Я пела «Улеймжин чанар» не только для того чтобы великий дух Данзанравжаа Дулдуитийна, Пятого Догшина ноен хутагта был милостив к идущим трудной дорогой. Я пела и для вас. Помните?

– Совершенство твое во всем

На тебя из зеркал глядит,

Вижу я улыбку твою,

Я тобою навек пленен.

Птичьим пеньем твоя краса

Мне дарует покой по утрам…

Иван Кузьмич попытался что-то сказать, но Чайка резко подняла руку.

– Слова пусты. Недостойная даже не может посмотреться в зеркало, чтобы ужаснуться своей беде.

Красный командир встал, прокашлялся.

– Это верно, слова – только воздуха сотрясенье. А вот боевой приказ – дело иное, он и вес имеет, и последствия в случае невыполнения. На лошади усидите, товарищ Баатургы? Или вам сопровождающий требуется?

Плечи под красным халатом еле заметно дернулись.

– Для того, чтобы держаться в седле, глаза не нужны.

Если понадобится, поеду и без стремян. Куда славный в наших землях воин повелит направить свой путь недостойной?

– А вот вопросы – лишние, – перебил Кречетов. – Значит, одеться потеплее и быть готовой после полуночи. На разведку едем.

Повернулся, к двери шагнул, но остановился, китайскую пословицу вспомнив. Был в Обороне парень из Харбина, поделился мудростью.

– Лицо теряют трусы. Достойные – сохраняют. Для героя лицо – его подвиг.

3.