Ложная королева

Исключения составляли рыцари смерти, но зловещие воители встречались по одному да раз в полвека, из-за чего и за этими созданиями закрепилась слава мрачной легенды. Не было известно хотя бы одного случая, когда где-нибудь видели бы вампира, не говоря уже о поимке человекоподобной нежити. Некоторые остроумные шутники поговаривали, что никто из очевидцев кровавых пиров просто не смог пережить такие встречи, чтобы поведать остальным. Но в мире все тайное рано или поздно становится явным, оставляя после себя последствия своих действий.

И пока люди сходились во мнении: нет такой силы, которая могла бы даровать вечную жизнь и оставить волю свободной.

По пути в гавань Ивейн и Бедивер встретили побитый отряд рыцарей, что насилу вырвался из стальной хватки подпевал Мордреда в баронстве Найта. Неутешительные новости эти воины принесли с собой. В Камелоте перебили всех, кто стоял за власть Артура. После помпезной, но короткой коронации самозванца еще долго казнили пленных и тех, кто сочувствовал сторонникам Артура, выставляя тела на посмеяние и поругание, устрашая сомневающихся.

Таким кровавым пиром Мордред отметил свой приход к власти, накрыв угощение для стервятников на крепостных стенах.

Бедивер благодарил про себя Бога за то, что случай помог ему избежать ужасной гибели от рук предателей.

***

Осада замков и городов Ланселота проходила вяло. Бретань в ясный и погожий день позволяла увидеть берега самой Британии со смотровых башен прибрежных крепостей. Так близко был дом славных рыцарей, но в то же время, слишком далеко.

Ланселот заперся в своей твердыне в Ренне, малодушно отстранившись от нахлынувших бед.

– Не стану поднимать меч против своего короля!

Так говорил он своим советникам и военачальникам, вероятно, находя удобный повод, чтобы остаться в одиночестве и заниматься самобичеванием. А те, видя, какое войско собралось у порога их дома, только сражались за свои жизни. Требование Артурова воинства было известно вассалам Бретани: выдать предателя для справедливого суда, но клятва верности и вековые традиции служения роду Банов связывали им руки.

Королеву Ланселот оставил в женском монастыре Святой Регины, что расположился на одиноком острове у северных берегов Бретани. Рыцарь посчитал, что Гвиневре будет безопаснее там, да и сама королева, когда трезвость мыслей и осознание случившегося пришли к ней, поняла, что они натворили. Видеть она не захотела Ланселота более, но и понимала, что так просто к королю Артуру ей не вернуться.