Рим – это я. Правдивая история Юлия Цезаря

Военачальники Тевтобода не понимали, почему их царь желает остановиться именно здесь, перед римским укреплением.

– Они стоят вплотную к морю, – говорили участники царского совета, собравшиеся в главном шатре огромного лагеря. – И не трогают нас. Мы можем двинуться, оставив их позади.

Многие почтительно кивали, ожидая, что скажет царь. Тевтобод заслужил всеобщую любовь, разгромив римлян. К тому же его подданные годами следовали за ним, обходя всю Галлию, и никакая сила не могла их остановить. К любым его решениям, даже к тем, которых никто не понимал, относились почтительно.

– Мы не можем идти вперед, оставив за спиной отлично снаряженного и вооруженного врага, – сказал царь, не вставая с широкого кресла, стоявшего в середине шатра. Все смолкли. – Что будет, если на пути к Риму мы столкнемся с другим войском? Не окажемся ли мы в ловушке, в гуще неприятелей? Этого нельзя допустить. Лучше сначала уничтожить противника, а затем двигаться дальше. К тому же четвертое поражение за несколько лет посеет панику среди римлян, и они вряд ли наберут вдоволь храбрых солдат, способных драться с нами.

Если мы разобьем их здесь и сейчас, наш путь к Риму будет торжественным шествием, не более того.

Один военачальник кивнул. За ним – другой. Наконец все единогласно признали правоту царя.

– Но… – осмелился выговорить один из вельмож, приглашенных на царский совет. Закончить он так и не решился.

– Говори, царь слушает тебя, – сказал Тевтобод.

Вельможа поклонился в знак полнейшей покорности и только после этого договорил:

– Но как мы заставим их, мой царь, вступить в схватку? Мы здесь уже два дня, а они не проявляют никакого желания покинуть лагерь и сражаться.

Тевтобод кивнул.

– Мы их заставим, – резко ответил он.

Римские консулы не раз попадались на эту удочку. С какой стати новый римский вождь будет вести себя иначе?

Главный римский лагерь у «канавы Мария»

Вершина вала

Как и рассчитывал Марий, легионеры собственными глазами убедились в том, что тевтоны и прочие варвары не великаны.

До этих пор все шло хорошо. Но затем страх перед чудовищами сменился неукротимой жаждой ринуться в бой. В какой-то мере их желание сражаться было обоснованным: для чего они так усердно упражнялись последние несколько лет? И разве их лагерь не единственная преграда, вставшая между тевтонами и Римом? Разве их призвание не в том, чтобы остановить продвижение варваров? Тевтоны не были гигантами. Отныне это знали все.