Долгоруковы. Высшая российская знать

Этим Разин наслаждался в полной мере, он умел привлечь внимание горожан и мог дать им то, чего они желали… Например – казнь над теми, кто имел власть…

Когда Юрий Долгорукий услышал, что под восторженные крики толпы Степан Разин своими руками столкнул с многометровой высоты астраханского воеводу Прозоровского, то понял – пришло время проводить решительные действия! Теперь Долгоруков точно знал: разожженный Разиным пожар людского негодования, сметающий все на своем пути и оставляющий за собой хаос и разрушение, можно лишь очень большой кровью… В душе его вспыхнула лютая ненависть – он хотел уже просто смерти зачинщику бунта и не желал брать его в плен и доставлять царю.

Воистину, ненависть дворянская ни в чем не уступает ненависти мужицкой, и Долгорукий был зол не меньше самого Степана Разина.

Пока Долгорукий готовил армию к выступлению, развернулась первая в истории России пропагандистская война. Ходоки разносили по городам и весям письма атамана, в которых он винил во всех смертных грехах бояр и чиновников-дьяков… Удивительно, но при этом Царя Степан не трогал – видимо, был у него какой-то свой хитрый расчет… Писал он, что бояре, мол, плохие, а царь – хороший, он ничего не знал.

Поэтому нужно их всех поднять на вилы да посадить на колы! Царя же нужно оставить, но жить в России исключительно по казачьим законам – только тогда жизнь будет хорошо и привольна, просто рай наступит!

В ответ из Москвы рассылались царские грамоты, в которых рассказывалось о зверствах разинской вольницы.

Им вторили грамоты святейшего Патриарха Иоасафа. Глава церкви писал, что «Стенька – не кто иной, как аспид, испущающий яд свой, уязвляющий телеса невинных яко змий из ложа своего, поглощая верные христианы и низводясь собой в ров погибели, яко лев, плотоядец хищаи».

Но слушали мужики разинские письма и верили им. Действительно, бояре – кровопийцы. Слушали они царские грамоты и не понимали, как еще земля носит такого разбойника как Стенька.

И не знали, что делать, кому верить, куда идти…

Но царских писем становилось все больше – и постепенно царская пропаганда брала верх. А когда в церквях провозгласили Разину анафему, общественное мнение стало от него отворачиваться. К тому же и армия Долгорукова начала активные боевые действия…

Все-таки, будучи воеводой, Долгорукий в своей жизни одержал ряд побед во время русско-польской войны 1654–1667 годов, в том числе в битве под Верками.