Вызов

Каждый вечер Лунин садился за стол, и аккуратно расчерченные листы покрывались все новыми записями.

Да, внешне ничего не изменилось, но Келюс вдруг ощутил, что исчезло привычное чувство одиночества. Вначале он решил, что просто разгулялись нервы. На улице за ним никто подозрительный не шел, тайные пометки, оставляемые на двери, оставались по возвращении нетронутыми, но что-то говорило Лунину о верности его догадок. И в один из вечеров он понял, что не ошибся.

…Сначала внимание привлекли шаги на лестнице. Было не поздно, далеко не все соседи вернулись с прогулки или с поздней работы, но тот, кто шел, спускался откуда-то сверху.

В этом также не было ничего необычного, хотя вниз соседи ездили, как правило, на лифте, однако Келюс почему-то встревожился. Он сгреб со стола все бумаги, сунул в ящик и прислушался. Шаги приблизились, замерли перед дверью. Неизвестный стоял несколько секунд, а затем нажал кнопку звонка.

– Мне Лунина, – сказали за дверью. – Коля, это ты?

Келюс удивился – и не зря. Колей его давно уже никто не называл, однако странный голос показался знакомым.

– Кто вы?

За дверью воцарилось молчание, затем голос нерешительно произнес:

– Я Лунин. Петр Андреевич Лунин. Коля, открой!

Келюсу стало жарко. Среди здравствующих родственников он не знал никакого Петра Андреевича. Единственный человек, которого так звали, был исчезнувший в конце тридцатых родной брат деда – молодой, улыбчивый, с небольшой острой бородкой, каким он остался на старых фотографиях. Лунин подумал о невероятности происходящего и открыл дверь.

Человек шагнул через порог, свет лампы упал на лицо, и Николая из жара бросило в холод. Ошибиться было невозможно – брат деда, сгинувший, оплаканный и давно забытый, стоял перед ним. Только вместо кожанки, которую он носил когда-то, на Петре Андреевиче был модный серый костюм.

– Коля… Я… Ты, наверное, удивился, – так же нерешительно произнес он. – Я сниму туфли. У тебя есть тапочки?

– Не надо снимать, – выдохнул Келюс, гость послушно вытер ноги о тряпку.

 – Проходите.

Николай провел странного посетителя в гостиную. Петр Андреевич с интересом оглядывал квартиру, в глазах его была та же растерянность и, как показалось Николаю, боль.

– Давайте договоримся сразу, – вздохнул Лунин-младший. – На призрака вы не похожи. Если вы самозванец, то это, бином, просто неостроумно. А если нет…

– Разве ты меня не узнал, Коля? – совсем растерялся гость. – Мы ведь виделись, помнишь? Тогда у вас был… кажется, 1974 год.